Оставь надежду всяк сюда входящий
- Автор: Паныч Павел Александрович
- Год: 2016
- Язык: русский
- Год: Издательство Права человека
- ISBN: 978-617-7266-75-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Оставь надежду всяк сюда входящий». Краткое содержание книги:
ISBN 978-617-7266-75-3
Эта книга — типичный пример биографической прозы, и в ней нет ничего выдуманного. Это исповедь бывшего заключенного, 20 лет проведшего в самых жестоких украинских исправительных колониях, испытавшего самые страшные пытки. Но автор не сломался, он остался человечным и благородным, со своими понятиями о чести, достоинстве и справедливости. И книгу он написал прежде всего для того, чтобы рассказать, каким издевательствам подвергаются заключенные, прекратить пытки и привлечь виновных к ответственности
Я хорошо понимал, что меня ожидает впереди долгий и тернистый путь, а значит, нужно настраиваться на худшее, потому что от лучшего хуже не бывает.
Меня поместили в ДПК, где были подсажены свои информаторы и один психически больной. Ну, для меня все эти вещи понятны: психически больной — это провокация, а информатор находится для того, чтобы сразу донести, если я хоть как-то негативно отреагирую на психически больного. Представьте себе, что встаете вы утром, пытаетесь надеть свою обувь, а она намазана вся внутри жидким мылом. Конечно понятно, что мыло туда залил местный дурачок, и естественно, какая должна быть реакция у нормального человека? Но мне приходилось улыбаться на подобные провокации, потому что по сравнению с теми провокациями, которые были на двадцать пятой, все это было смешно.
— Ванька, — так было звать дурачка, — это ты налил мыла в туфли, шалун такой? А зачем ты мыла налил мне в туфли?
— Чтобы я постирал, а ты сигарет дал мне.
— Ну, Ваня, давай в дальнейшем договоримся так: я буду тебе сигареты давать, лишь бы ты не лил мне мыло в туфли.
На следующий день Ванька по доброте душевной подарил мне настенную картинку, склеенную из разных вырезок из журналов. Конечно, такой подарок очень трудно было мне не оценить, только вешать его над своей кроватью было опасно, потому что если бы представители администрации увидели такой пейзаж, да еще висящий над моей кроватью, то это могло послужить поводом для отправки меня в психиатрическую больницу.
— Ванька, такой шикарный подарок я не могу от тебя принять, ты сохрани его лучше. Потом освободишься, найдешь Малевича, ему подаришь. Я уверен, что он от твоего таланта прослезится.
Самое страшное в этом всем, что дурак, находясь с умным в одной камере, умным не станет. Ну, а что может произойти с умным, не отразится ли дурак на нем?
Но как выяснилось потом, в данное учреждение, в основном, направляют отбывать осужденных, которые насиловали детей, убивали с особой жестокостью. Конечно, не все такие, но преимущественно были такие, а это о чем говорило? Если человек изнасиловал маленького ребенка и убил, то это говорит, что у него нет человеческого достоинства, не существует ни одной моральной ценности. Естественно, такие не только состоят в штате администрации как информаторы, но они с большим удовольствием оговорят кого угодно, если это понадобится администрации. Эта категория осужденных, как правило, содержится в основном на открытом режиме бескамерного типа. Они если и нарушают режим, то на это администрация закрывает глаза, потому что они информаторы и проблем не создают для них.
Но больше всего мне не нравилось то, что эти их информаторы насиловали и убивали детей, и они не представляют такой опасности, как представляю я, тот, который детям помогал.
Следующий момент, который так же немаловажен, — когда подобное животное сажают к тебе в камеру, то ты должен с ним сидеть, нравится тебе или не нравится. Администрация имеет полное право переводить кого хочет куда хочет, и разрешения на это ей ни у кого спрашивать не нужно. Но стоит мне выразить свое недовольство, то это лишь усиливало аппетит администрации посадить таких ко мне в камеру побольше. А если говорить прямо, то это умышленно сажают подобных осужденных для того, чтобы создать конфликт, и когда конфликт произойдет, то администрация однозначно сделает тебя виновным и инициатором конфликта.
Но время шло, на мои обращения относительно заранее предвзятого отношения, которые были мной написаны, никакой реакции не было, потому что они никуда не отправлялись. Я решил повторно написать еще другие обращения и обращение на имя Президента Украины относительно несоблюдения моих конституционных прав, гарантом которых является Президент. Ко всему этому я еще объявил голодовку до тех пор, пока не получу уведомление о получении моих обращений.
На следующий день меня вызвали в дежурную часть около семи утра, откуда меня отвели в помещение карцеров, где я стоял до одиннадцати утра с руками на стене и ноги на ширине плеч. Примерно в двенадцатом часу пришел ко мне дежурный и огласил мне 15 суток карцера за якобы найденные лезвия открытого типа.
Конечно, я вызывал прокурора, писал ему обращения, но они не то что даже уже никуда не отправлялись, их даже рвали на моих глазах. Но это была лишь часть плана относительно меня. Через два дня открылась дверь карцера, где я находился, и меня вывели и завели в комнату, где уже находилось человек восемь младших инспекторов, один из которых со словами «кого ты обзывал сукой?» ударил меня кулаком по лицу. А дальше, есть ли смысл писать дальше? Свалили на пол, начали избивать ногами, применили наручники туго зажатыми на руках. А от ударов дубинок вся задница до самых колен была черной.