«Моя стихия – большие внутренние волненья». Дневники. 1904–1950
- Автор: Коонен Алиса Георгиевна
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814345
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - ««Моя стихия – большие внутренние волненья». Дневники. 1904–1950». Краткое содержание книги:
1 час дня.
Как-то не знаю, за что приняться. Вещи все сложены, осталось только запихать их в чемодан. Читать не могу.
На душе – беспокойно…
Мне тихо-грустно, и хорошо…
Который уже раз принимаюсь за дневник…
Еще бы, за день до отъезда всегда чувствуешь себя необыкновенно – и хочется как-то «высказаться»…
А у меня здесь – один друг.
Сейчас случайно увидала свое лицо в зеркале. Глаза огромные, ясные, совсем голубые, и смотрят так остро и значительно…
Огромная надежда в них.
Первый день за все время жизни на даче – я вижу свои глаза такими ясными, «светящимися»…
Сейчас опять вспомнила Петербург.
Накануне отъезда.
Вечер 18-го316.
Вспоминался почему-то ярко один момент: мы оба у зеркала. Он уперся подбородком о мою голову – и крепко держит мои руки…
И в зеркале наши 2 головы. У меня глаза блестящие-блестящие – почти черные…
Раскрасневшееся лицо…
Волосы растрепанные…
Вся я – такая яркая…
И он надо мной – нежный, бледный, трепетный…
Я очень часто «воображаю», как дети, играя в какую-нибудь игру [три строки в скобках вымарано, можно прочесть]: …матерей, курьеров, лошадок воображают себя как всякий…
У меня есть такая своя постоянная игра.
[Несколько слов вымарано.]
Фантазия работает вовсю [несколько слов вымарано]: наша дача – уединенная вилла – где-то [за границей, вероятно, … с Францией. – вымарано] далеко-далеко на юге. Стоит она на высокой горе, – а внизу море шумит, бурное, прекрасное, беспредельное, и волны, пенясь, ударяются о скалы и прибрежные камни…
Вместо лохматых, добродушных сосен – в воображении высятся стройные кипарисы, изящные тонкие стволы южных деревьев…
Воздух знойный, пахучий.
На волнах – чайки серые плавно качаются…
Тишина кругом…
Здесь мы одни…
В этом красивом, тихом уголке…
И вот я воображаю…
Мы делаем вместе изумительные прогулки, идя тихо, рука об руку, любуясь небом далеким, снежными горами, яркой зеленью…
Мы сидим подолгу на берегу моря лазурного и вместе мечтаем о прекрасном, [две строки вымарано] слушаем какую-то тихую страстную музыку и носимся в вихре чудесных грез.
А иногда я веду с ним самые простые, обыденные разговоры, вроде «где мы будем обедать сегодня…» или еще что-нибудь…
Господи, если кто-нибудь прочел все это – наверное, рассмеялся бы и назвал меня сумасшедшей.
Пусть.
А между тем эта игра воображения, создающая порой невыразимо чудесные картины, – дает мне какое-то [известное] удовлетворение, уносит от горькой действительности, и душа отдыхает, и мне – хорошо…
Часы на башне бьют 12.
Пора спать, но как-то не хочется. Теперь мне не грустно.
Я рада, что завтра буду в Москве в своей комнатке, со всеми своими вещами.
То, что здесь – это было временно, это было не мое.
Мое все – там.
Там [несколько слов вымарано] все мои сокровища.
Там пунцовые розы [две строки вымарано] и много-много всяких [других. – вымарано] мелочей…
Там целая кипа моих милых нелепых тетрадочек. Над которыми я и плачу, и смеюсь, когда перечитываю…
Много там…
А сколько пережито в этой маленькой уютной комнатке…
Сколько отчаянья, слез, радостного смеха видели эти стены…
Там все мне так дорого…
Все – родное…
В Москву, в Москву!
Иду спать.
Прощай, дача!
Новая жизнь начинается!