Лихой гимназист

Насчёт того, когда начнётся революция, эксперты разошлись во мнениях: одни считали, что до Рождества, другие — что позже, но точно в ближайшие два года. Пара человек высказала опасение, что если жахнет до того, как закончится война с турками, будет плохо, с чем я тоже мысленно согласился.

Но особенно меня поразил один из студентов. Он имел крайне радикальные взгляды, и завёл речь о том, что надо всех перебить: и царя, и аристократов (которые за царя), и жандармов. Однако Трубецкой возражал, говоря, что террор неэффективен и что революцию следует поднимать снизу, пока всеобщая стачка не охватит империю. И тогда, якобы, народ самоорганизуется и дружно зашагает к светлому будущему.

Трубецкой и ещё несколько гостей принялись теоретизировать, что мне было уже не очень интересно.

Я почти ничего не говорил — только слушал. Я не знал, что тут за люди собрались и кому можно доверять, а потому и язык не стоило распускать, впрочем, как и в других общественных местах. Особенно вызвал у меня подозрение худощавый мужчина в светлом сюртуке. Он тоже почти не принимал участие в обсуждении, да и вообще показался каким-то странным.

Затем мы перешли в другую комнату, где уже был накрыт стол. Тут нас ждали чай и кое-какие угощения. Разговоры продолжились.

А я, глядя по сторонам, заметил интересную деталь в интерьере. Лампы. Они светили не так, как светят керосиновые или газовые лампы. Присмотревшись к настенному светильнику, я понял, что в плафоне находится стержень, издающий яркое сияние. Похоже, что тут даже имелись магические источники света.

Я сказал, что надо поговорить наедине, и мы с Трубецким удалились в его кабинет.

— Хороший у вас коллектив, — сказал я, усаживаясь напротив князя, — и разговоры душевные. Но у меня к вам есть один вопрос или даже, скорее, предложение.

— Да, конечно, слушаю вас, — кивнул князь. Он сцепил руки на столе и чуть подался вперёд, всем своим видом демонстрируя внимание.

— Разговоры за чашкой чая — милое времяпрепровождение, но я — человек деловой. И интерес у меня, разумеется, тоже, в первую очередь, деловой. Однако, мне кажется, вам тоже будет небезынтересно моё предложение, — я выдержал паузу. — Я решаю проблемы — проблемы с людьми. Если какой-то человек доставляет проблему, могу решить её. Кроме того, мои способности позволяют усиливать различные предметы тёмной стихией. Это может значительно облегчить решение некоторых проблем. Если вам требуется что одно или другое, я к вашим услугам.

— Не совсем понимаю, что вы имеете ввиду, — произнёс князь.

— Думаю, понимаете.

Князь ответил не сразу.

— Что ж, кажется, я догадываюсь, в чём суть вашего предложения, — произнёс он. — Однако, боюсь, вы тоже плохо поняли меня и наши задачи. Вы решаете проблемы, но мы таким образом проблемы не решим. Террор не приведёт к желаемому результату. Так мы добьёмся лишь возвращения восьмидесятых с массовыми посадками, повышениями и ссылками. Помните же, чем тогда всё закончилось? Но я не этого хочу. Мы пойдём другим путём.