Ангела Меркель. Женщина – канцлер. Портрет эпохи

Ошибки отличаются от заблуждений тем, что ошибающийся знает, что делает. Заблуждения же происходят из ложных предпосылок и неверного понимания обстановки. Например, многие люди во времена Средневековья были достаточно твердо уверены, что земля плоская. Разумеется, они избегали путешествий на кораблях, которые могли бы привести их на край света. Они боялись упасть вниз. Они заблуждались. Так что их довольно сложно упрекнуть в том, что они не открыли Америку.

Тот, кто заблуждается, может причинить не меньший вред, чем тот, кто ошибается. Ему не хватает знаний. Однако тот, кто следует за ним, хотя обладает большими знаниями и пониманием, как сделать правильнее, несет большую ответственность за последствия, которых он мог помочь избежать. Мы в основном поговорим об ошибках, а не о заблуждениях.

Столь же редко, насколько она произносит «Я хочу, чтобы…», Ангела Меркель сознается: «Я сделала ошибку». Когда в конце своего канцлерства она однажды отходит от этого правила, все медиа просто взрываются. Ее признание перед Пасхой 2021 года было названо «историческим», но об этом позже. Как и все опытные политики, она прикладывает массу усилий, чтобы допущенные ошибки не ассоциировались с ней лично. Во внутренней политике она перекладывает работу на министров, и если случаются промахи, то отвечать приходится им. Таким образом правительство в целом и канцлер в частности отказываются защищены от упреков в плохой работе. Например, когда зимой 2020/2021 года федеральный министр экономики Петер Альтмайер опаздывает с выплатами компенсаций пострадавшим от пандемии коронавируса, виноватым назначается именно он. А вот растянувшаяся на всю весну кампания по иммунизации легла на Меркель, так как и закупка вакцины, и локдаун были объявлены ответственностью канцлера, хотя на самом деле все обстояло не совсем так, и помимо ведомства канцлера вопросом занимались министр здравоохранения, премьер-министры федеральных земель и, прежде всего, Европейский Союз.

Вообще во время пандемии коронавируса становится ясно, как сложно порой бывает правильно определить ответственных. В Берлине правит коалиция. Значит ли это, что министр от ХДС Петер Альтмайер виновен, так как не обеспечил приобретение необходимого программного обеспечения для ноябрьских выплат? Или виновен министр финансов от СДПГ Олаф Шольц, потому что деньги не были готовы вовремя? Закон о защите от инфекционных заболеваний принимают главы федеральных земель. Значит, премьер-министр от ХСС Маркус Зёдер должен отвечать за политику локдауна зимой 2020/2021 года? А какую долю вины возложить на тюрингского политика от партии левых Бодо Рамелова, признавшегося в том, что во время мучительно долгих обсуждений он больше играл на планшете вместо того, чтобы сконцентрироваться на работе? Какую роль сыграл глава Баден-Вюртемберга Винфрид Кречман от Зеленых, когда перед выборами в ландтаг зашла речь об открытии школ в его земле? А какую – председатель ХДС Армин Лашет, когда спорили об открытии парикмахерских? Разве политические решения не принимаются уже давно главой института Роберта Коха Лотаром Вилером?