Элоиза и Себастьяно, или Тёмные стороны

— Учится в обычной школе, до Рождества. По собственному желанию.

— Она же вернётся?

— Конечно, куда она денется, — Доменика поднялась, поцеловала Элоизу и помахала Себастьену. — Но сейчас я тоже хочу уже в неподвижность, и вытянуть ноги!

— Вот и пойдём, — Бруно взял её за руку, и они тщательно закрыли за собой дверь.

Элоиза подумала, пошла в гардеробную, нашла там телефон и договорилась с Доменикой Примой о встрече на следующий день. Обрисовала ей в общих чертах запрос и получила приглашение прибыть вместе с Себастьеном.

— Монсеньор, вы готовы завтра отправиться со мной на край света?

— С вами — куда угодно, я уже об этом говорил и пока не изменил своего мнения.

— Вот и договорились.

— Но сейчас мы будем ужинать, согласны?

— Вода усвоилась, значит, я могу попробовать что-нибудь съесть.

— Отлично. А потом займёмся прописанным нам обоим бездельем.

Доменика ждала к полудню, будильник накануне поставили на девять утра. Себастьен выглядел намного бодрее, чем вчера, легко поднялся и даже немного растянулся. Элоиза тоже чувствовала себя почти человеком, а не треснувшей чашкой, и тоже немного растянулась, и поняла, что хуже не стало и можно что-то делать дальше.

— Сердце моё, я схожу к себе, там кое-что сделаю, заодно пообщаюсь с врачами и приду. Попросить сюда завтрак?

— Ой… попросите.

Дорога неблизкая, нужно хотя бы кофе выпить. И таблеток.

— Сейчас по пути позвоню. Собирайтесь пока, я приду, выпьем кофе и поедем.

Всё это было совершенно разумно, более того, очень ловко прилепилось в мыслях к тем дням, которые они провели в его жилище. Все вопросы можно решить. И бытовые, и медицинские. В конце концов, обычно оба они здоровы. И врачи есть здесь, а менять работу они пока не собираются.

Но… нет. После случившегося и после увиденного во сне — нет. Не поедет она жить в его дом и разговаривать с ним об этом не будет. Пока. А далее посмотрим.

Когда Себастьен вернулся, Элоиза как раз оделась, убрала волосы и накрасилась. Следом за ним принесли поднос с кофе, тостами и всякой всячиной для тостов.

А после завтрака можно было ехать.

— Элоиза, кто вам больше нравится в качестве нашего водителя — Карло или Марко?

— Мне в этом качестве больше всего нравлюсь я сама.

— Нет, — покачал он головой. — Не нужно сегодня напрягаться. Вам вчера что сказали? Вообще ограничить нагрузку и едва ли не бросить работу на неделю. Поэтому нас увезут и привезут. Покатаемся позже, я сам уже соскучился.

— Тогда мне без разницы, — покачала головой Элоиза.

— А мне, удивитесь, есть разница. Карло будет болтать, а Марко будет молчать. Сегодня я за молчаливого водителя. А вы будете говорить ему, куда следует ехать.

— Вы же там бывали.

— Это было давно, и я забыл, — подмигнул он.

— Хорошо, как скажете.

В воскресенье утром дорога была свободна, и доехали они достаточно быстро, то есть — за час. Их ждали, и сестра Ассунта сначала открыла ворота для машины, а потом пригласила Элоизу и Себастьена в зал первого этажа. Было там несколько помещений, в которые допускались люди извне, там проходили пресс-конференции и разные события, посвященные религиозным или образовательным вопросам.