Охотница на змей (СИ)

Среди восхищающихся ее талантом не было слышно Орочимару, который находился рядом с Джеем и обсуждал с ним по-испански различные организационные вопросы, а также Саске — он отдыхал в своем гамаке и не подавал признаков жизни. Сакуре было очень любопытно увидеть его реакцию на игру Таюи, но от него не доносилось ни звука, а за стенками ткани было не видно что он делает.

 

— Эй, Саске! — словно прочитав ее мысль, крикнула Таюя.

— Да? — тот выглянул из гамака.

— Ты там не спишь?

— Нет.

— Назови какую-нибудь свою ассоциацию! — командным тоном потребовала она. Сакура замерла: что же он скажет?

— Всю конкретику уже и так озвучили.

— А ты назови что-нибудь не конкретное, а абстрактное! — продолжала наступление Таюя.

— Нет. Это слишком личное, — твердо ответил Саске. Сакура сглотнула, а сердце быстро забилось: что он имеет в виду?

— Ааа… Не хочешь говорить при всех, — протянула Таюя. — А мне потом скажешь? Я воспроизведу, уж поверь. — Она хитро ухмыльнулась. Сакура внутри аж вскипела: ну куда та опять лезет?! Однако Саске никак не успел это прокомментировать — раздался голос Орочимару, сообщающий о том, что пришла пора сесть за стол.

 

Когда все вылезли из гамаков, на длинном столе стояли глубокие алюминиевые миски с уже налитым супом. Это была традиционная перуанская похлебка «Чупе» на основе крупы киноа, фасоли, кукурузы и прочих овощей, а в качестве мясной составляющей туда входила курица.

 

Сакуре понравилось это своеобразное блюдо — сытное, насыщенное разнообразными вкусами и в меру острое, а долька лимона и зеленая кинза придавали ему свежести. Она бросила взгляд на сидящего напротив Саске — тот молча ел и, судя по его выражению лица, с неплохим аппетитом.

 

— Таюя, — прошипел Орочимару, нарушив тишину, сопровождаемую звуками поглощения пищи. — Я слышал фрагменты твоей игры. Это было великолепно.

— Да, — кивнул головой Кабуто. — Она у нас мастерски разговаривает на языке музыки.

— Я умею неплохо общаться и на других языках. — Та многозначительно хмыкнула.

— Например? — уточнил Джуго.

— Ладно, проехали, — махнула рукой Таюя. — Всем об этом знать необязательно.

— Оу… — усмехнулся Суйгецу, но Карин показала ему кулак, и вокруг снова воцарилось молчание.

 

Сакуре стало не по себе. Что это за неоднозначный намёк? Таюя имела ввиду язык тела? Что она такой мастер в постели? В голову стали лезть назойливые мысли, как та подлавливает Саске в джунглях и предлагает поговорить с ним на разных языках: сначала играет на флейте, а затем медленно проводит рукой по его щеке. Сакура, ужаснувшись, быстро выкинула эту фантазию из головы. С одной стороны, она осознавала, что их связь с Саске крепнет, обогащаясь новыми общими моментами, в то время, как в Таюе он, судя по всему, не заинтересован. Но вместе с тем Сакура понимала, что они ничего друг другу не обещали и даже еще не перешли на «ты». Саске — мужчина, и кто знает, как он себя поведёт, если в тёмном лесу его попробует подцепить на крючок такая горячая девушка, как Таюя, пуская в ход всевозможные ухищрения. Подобные мысли вызывали злость, ревность и неуверенность в завтрашнем дне.

 

Время шло. Когда вокруг совсем стемнело, сопровождающие включили под крышей большие фонари, освещающие палубу. Лодка следовала уже не по самой Амазонке, а по ее гораздо более узкому притоку, вдоль берегов которого раскинулись джунглевые леса — так называемая сельва. Ночные джунгли жили своей жизнью, и оттуда доносились разнообразные звуки многочисленных лесных обитателей: тяфканье, пищание, квакание, уханье, прерывистые вскрики и прочие мыслимые и немыслимые голоса. Сакура, покачиваясь в гамаке, постепенно успокоилась — все это отвлекало от нервных размышлений.

 

Когда стрелка часов приблизилась к полуночи, Орочимару объявил о начале дня рождения Саске, предлагая поздравить его и подарить подарки. Сакура чувствовала, как быстро стучит сердце: неужели сейчас настанет тот момент, когда она вручит ему свою кружку? Момент, которого она так ждала, и который несколько раз был под угрозой срыва.

 

— Погодите, а может устроим на станции вечеринку и подарим подарки там?— предложила Таюя.

— Боюсь, что Саске-кун не любит вечеринки, — разочаровал ее Орочимару.

— Абсолютно верно, — подтвердил Саске его слова. Таюя вздохнула.

— Давайте подарим подарки здесь, — высказался Суйгецу. — По-моему, будет круто получить их на лодке в такой обстановке. А, Саске?

— Если вам это не доставит неудобств и не придётся их извлекать из недр багажа, то можно и здесь, — не стал возражать он. Сакура была как на иголках: значит, это свершится прямо сейчас! Но как он отреагирует, и что подарят другие?

 

Остальные согласились, что проблем это не составит, и Орочимару позвал всех за стол, на который вскоре были поставлены эмалированные кружки с чаем. Таюя сыграла на флейте традиционную поздравительную мелодию «Happy Birthday to you», после чего все бурно поаплодировали, и начали по очереди преподносить имениннику свои подарки.

 

Орочимару подарил новый корнцанг — хирургический инструмент, использующийся для ловли мелких змей, Кабуто — хороший многофункциональный нож, который складывался и был очень удобен для экспедиций, Джуго — кожаную полевую сумку через плечо, Карин и Суйгецу в качестве общего подарка преподнесли превосходный налобный фонарик. Саске приносил всем тёплые благодарности — ему было приятно получить такие подарки. Сакура решила достать свою кружку в конце и пока не высовывалась, а внимательно наблюдала за происходящим: особенно ее интересовало, что же подарит Таюя.