Криптономикон [новая редакция перевода] [litres]
- Автор: Стивенсон Нил Таун
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: 1 редакция (13)
- ISBN: 978-5-04-160129-4
- Переводчик: Екатерина Михайловна Доброхотова-Майкова
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Криптономикон [новая редакция перевода] [litres]». Краткое содержание книги:
Иногда веселый, плотно набитый информацией на самые разные темы, от криптоанализа и хакерства до поиска сокровищ, этот роман – настоящий современный эпос. С одной стороны – удивительный, совершенно оригинальный портрет эпохи военного времени. С другой – провокационное размышление о том, как наука и техника помогают формировать и изменять ход человеческой истории. Произведение большой эрудиции и столь же большой творческой силы, оно является и останется одним из значительных литературных достижений современной эпохи.
– Рост?
– Вы заметите, что этим занимаются исключительно рослые девушки. Если немцы каким-то образом раздобудут данные обо всех работающих в Блетчли-парке и построят гистограммы их роста, они увидят нормальное колоколообразное распределение, характеризующее большинство служащих, с аномальным всплеском, вызванным тем, что для работы со штекерами набрали исключительно рослых девушек.
– Ясно, – говорит Уотерхауз. – И кто-нибудь вроде Руди – доктора фон Хакльгебера – заметит аномалию и задумается.
– Вот именно, – отвечает Чаттан. – А задача подразделения две тысячи семьсот два – группы «Ультра-Мега» – вбрасывать ложную информацию, чтобы сбить вашего друга Руди со следа. – Чаттан отворачивается от окна, идет к столу, открывает портсигар, плотно набитый свежим запасом, и ловким жестом предлагает Уотерхаузу сигарету. Тот берет, скорее за компанию. Чаттан протягивает зажженную спичку и, глядя через огонь Уотерхаузу в глаза, говорит: – Дальше давайте сами. Как бы вы скрыли от вашего друга Руди, что у нас здесь много высоких девушек?
– Предполагая, что у него уже есть личные данные?
– Да.
– Тогда поздно что-нибудь скрывать.
– Принято. Давайте допустим, что есть некий канал информации, по которому эти данные поступают отдельными порциями. Канал открыт и функционирует. Закрыть его мы не можем. Или предпочитаем не закрывать, поскольку само закрытие канала сообщит Руди нечто важное.
– Тогда так, – говорит Уотерхауз. – Мы фабрикуем личные данные и запускаем их в канал.
На стене у Чаттана в кабинете – небольшая доска. Это палимпсест, не очень хорошо стертый – видимо, доску запрещено мыть, чтобы не пропало что-нибудь важное. Уотерхауз, подойдя, видит наслоения выкладок, постепенно гаснущие во мраке, как луч света в глубоком космосе.
Почерк Алана. Уотерхауз почти физическим усилием заставляет себя не восстанавливать выкладки по призрачным следам на доске. Он нехотя отрывается от формул.
Уотерхауз чертит на доске оси абсцисс и ординат, потом проводит колоколообразную гауссову кривую. Справа от пика пририсовывает небольшой бугорок.
– Вот высокие девушки. Проблема в этом прогибе. – Он указывает на седловину между пиком и бугорком. Потом рисует новый пик, шире и выше, который бы их скрыл.
– Этого можно добиться, подбрасывая в канал Руди сфабрикованные данные о несуществующих девушках выше среднего роста, но ниже тех, которые обслуживают «Бомбы».
– Однако теперь вы роете себе новую яму, – говорит Чаттан. Он подался вперед на вертящемся стуле и, держа сигарету перед лицом, разглядывает Уотерхауза через неподвижное облако дыма.
Уотерхауз говорит:
– Новая кривая выглядит чуть лучше, потому что я заполнил провал, но она еще не вполне колокол. Она не выгибается по краям, как положено. Доктор фон Хакльгебер это заметит. Он поймет, что кто-то подбрасывает данные в канал. Чтобы этого избежать, я бы сфабриковал еще данные, добавив необычно большие и необычно малые величины.
– Сочинили бы исключительно низких и исключительно высоких девушек, – говорит Чаттан.
– Да. Тогда кривая изогнется по краям, как положено.
Чаттан по-прежнему смотрит на него выжидающе.
Уотерхауз говорит:
– Так добавление небольшого количества данных, которые по отдельности казались бы аномальными, создает впечатление абсолютной нормальности.
– Как я и сказал, – говорит Чаттан. – Сейчас, пока мы разговариваем, наш взвод в Северной Африке растягивает колокол. Придает ему абсолютно нормальный вид.
Мясо
О’кей, рядовой первого класса Джеральд Готт из Чикаго, Иллинойс, за время своей пятнадцатилетней службы в рядах Вооруженных сил США не хватал звания каждый день. Зато он классно вырезал отбивные. Он орудовал мясницким ножом ничуть не хуже, чем Бобби Шафто – штыком, и кто скажет, что армейский мясник, экономно разделывая тушу и досконально соблюдая все санитарные предписания, спас меньше жизней, чем стальноокий боец? Война – это не только убивать нипов, фрицев, даго. Война – это еще и убивать скот. И есть его. Джеральд Готт, боец на передовой, содержал свою морозильную камеру в хирургической чистоте; только справедливо, что в ней он и встретил свою смерть.