Одичалый мир

— Местечко, я тебе скажу, — оглянулся он.

— Мрачноватое, согласен. Но нас в нём непросто найти.

Виктор, стараясь не ломать сухие ветки, уверенно протиснулся в самую глубь кустарника. За ним, сжимая в руках копья, двинулся Антон. Очень скоро они вышли из зарослей к провалу в земле.

— Что за пещера? — удивился Антон.

— Она недавно образовалась. Видно морская вода проникла в подземную полость и свод рухнул.

— Занятно. Посмотреть бы её, — с жадностью заядлого спелеолога изрёк Антон.

— Потом. Левее сворачивай, там есть проход между скалами.

— Запах какой-то, — напрягся Антон, крутит шеей и с неудовольствием поморщился.

— Издох кто-то. Надо сходить, глянуть что это, — Виктор тоже ощутил слабое зловоние, волнами доносящееся издалека.

Они вышли в редкий лесок, заваленный каменными глыбами. В своё время здесь был проложен маршрут для спелеологических групп и экспедиций. Тропа всё также чётко виднеется на земле. По ней не раз и Виктор с Ниной ходил к соседней бухточке. Там, на склонах крутых холмов, растёт тёрн. Его выкапывали, и Нина высаживала на своём поле, в надежде как-то окультурить и облагородить.

За нагромождением из камней тучами взметнулись зудящие мухи. Смрад безжалостно проник в лёгкие и сбивает дыхание. Виктор копьём раздвинул ветки, и в ужасе отпрянул. На камне лежит труп женщины, а в центре грудной клетки — сплошное кровавое месиво. Всё тело в рваных ранах и многочисленных ссадинах.

Антон вскрикнул и схватился за рот, едва сдерживая рвотные позывы.

— Что за чёрт! — выругался он.

Виктор со страхом всматривается в мёртвое лицо. Что-то знакомое виднеется в изуродованном тленом лице.

— Это Марина. Она меня спасла, — уверенно произнёс он. — Я мог всё что угодно ожидать от Идара. Даже иголки мне под ногти. Но не это! Очень не похоже на него. Зачем он это сделал? Неужели это воспитательный момент для своих рабов?

— Мне кажется, он очень хотел, чтобы ты это увидел. Наверное, по этой тропе часто ходил? — проницательно заметил Антон.

— Бывало. А он, как профессионал, это понял. А ведь нам объявили настоящую войну, — кривая усмешка передёрнула лицо Виктора. Он оглянулся. Тишина, лишь противно зудят мухи. — Похоронить надо, — Виктор вытащил нож и ищет подходящее место. Замечает молодой бук, уверенно стремящийся к небу. Быстро отметил контуры будущей могилы и с хрустом вонзил лезвие в каменистую землю. Пустота и горечь заполнили душу, словно он виноват в смерти этой жизнерадостной женщины. Виктор, обдирая руки в кровь, работает с лихорадочностью обречённого.

Антон с озабоченностью и даже страхом поглядывает на него, стараясь поспевать за ним. Яма готова. Тело женщины уложили на дно, припорошили душистыми листьями и засыпали землёй. Затем Антон процарапал на дереве надпись: «Марина».