Дымная река [litres][River of Smoke]

Старая Китайская выходит к улице Тринадцати факторий, где стоит Дом Совета, или, по-местному, Консу, выстроенный в стиле ямыня, то бишь китайской канцелярии. Он обнесен высоким забором, из-за которого выглядывают загнутые крыши иных построек. Дом красив, но чужеземцам внушает трепет и даже страх – сюда их вызывают мандарины, дабы привлечь к ответу.

Боже мой, я тут балаболю об улицах и Консу, а ведь хотел поведать об отеле «Марквик»! Ну да еще не поздно это сделать. Без долгих слов я беру тебя за руку и веду к своему номеру.

Отель расположен на территории Имперской фактории, одной из интереснейших в Городе чужаков. Свое название она получила благодаря тому, что некогда принадлежала Австро-Венгерской империи; нынче здесь почти нет австрийцев, но двуглавый орел Габсбургов по-прежнему украшает ее ворота (потому-то местные и называют ее «Фактория орлов-близнецов»).

Мистер Марквик управляет отелем вместе со своим другом мистером Лейном. Оба приехали в Китай еще юношами, служили в Ост-Индской компании (первый – стюардом, второй – дворецким) и стали друзьями навеки. Выглядят они забавно, как персонажи одной детской песенки: мистер Лейн – низенький толстый весельчак, а мистер Марквик – долговязый бука, как будто к чему-то принюхивающийся. На первом этаже своего заведения они держат лавку, где торгуют всякими европейскими товарами: элем Ходжсона[40], йоганнисбергскими винами, рейнским кларетом, зонтами, часами, секстантами и прочим. Здесь же кофейня, вызывающая громадное любопытство китайских гостей анклава, и, конечно, ресторан с невероятно интересным меню, ибо мистер Марквик наловчился приспосабливать китайские блюда к европейскому вкусу. Одно его творение под названием чоп-шуй[41] настолько популярно у мореходного племени, что ему предлагают любые деньги за рецепт, но он не соглашается его раскрыть. Еще он изобрел великолепный соус, сдобрив его китайскими приправами; местные старожилы уже не могут обойтись без этого «кетчупа Марквика».

Собственно отель занимает верхние этажи и несколько соседних строений, некогда, видимо, роскошных, но уже давно обветшавших и очень нуждающихся в ремонте. Ныне это лабиринт темных, затянутых паутиной коридоров (зато в них легко скрыться от всякого подозрительного постояльца). Сырые комнаты обставлены скудно, однако весьма недешевы – доллар в сутки! Конечно, я бы не осилил такую плату, но мне, дорогая Пагли, в кои-то веки повезло: вечно принюхивающийся мистер Марквик, выделив меня из массы клиентов (наверняка он навел кое-какие справки обо мне и моем «дядюшке»), за полцены предложил мне нечто вроде мансарды под самой крышей! Если бы ты увидела эту комнату, милая Пагли, ты бы влюбилась в нее так же сильно (или почти так же), как я. Она маленькая, в ней гуляют сквозняки, но благодаря большому окну с крохотным балкончиком здесь море света. Окно – лучшее, что есть в этой комнате; поверь, любезная Пагли, я готов целыми днями сидеть возле него и смотреть на майдан с его бесконечной и непревзойденной суматохой.