Народный Пётр. Полное собрание анекдотов и сказаний о Петре Великом
- Автор: Гусляров Евгений Николаевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Народный Пётр. Полное собрание анекдотов и сказаний о Петре Великом». Краткое содержание книги:
Известно, что многие пленные шведские офицеры сосланы были в Сибирь, где содержались они на свободе и имели безнуждное содержание. Один из сих офицеров, довольно уже знавший русский язык, приглашён был с прочими гражданином того города, где он пребывание имел, на именинной стол; среди попойки, по древнему обычаю в таких пирушках обыкновенной, зашёл разговор о продолжавшейся ещё тогда войне с шведами. Некоторые из гостей превозносили похвалами храбрость и великодушие к побеждённым своего монарха, а, напротив, короля шведского поносили, высчитывая все его несправедливости и жестокости, с каковыми поступаемо было, по его повелениям, с пленными россиянами. Офицер шведский доказывал, что должно почтительнее говорить о главах особ коронованных, что поношение их есть сущая клевета, поносители, однако же, не унимались; швед разгорячается, защищает честь государя своего всеми силами, наконец, выходит из пределов терпения, произносит несколько слов поносных на особу великого соперника его и, как сумасшедший, бежит с ножом к портрету государя, висевшему на стене той же комнаты, и прокалывает оный. Хозяин и все гости приходят в крайнее изумление и негодование, схватывают дерзкого шведа, вяжут и представляют начальству, которое, сочтя его за важного преступника, при доношении своём отсылает окованного в Москву, в тайную канцелярию. Князь Ромодановский, начальник этой канцелярии, ревнительнейший поборник славы и чести государя своего, докладывает его величеству, случившемуся тогда в Москве, о сём шведе, как о достойном за дерзость свою примерной казни.
– Не горячись, дядя, – ответствует монарх: – от удару его я не чувствую ни малой боли. Надобно рассмотреть прежде, что принудило его к такому поступку.
Велит себе подать присланное о нём доношение и увидя из оного всё вышеизъяснённое, не только не обвиняет, но почитает ещё его достойным награждения за ревность и верность к королю своему, за честь которого присягал он последнюю пролить каплю крови, а винит больше тех, что его напоили до пьяна, поношением особы королевской раздражили и привели до того поступка; сего ещё не довольно: государь повелел ему избрать покойнейшее для пребывания своего место и определил, в награду за верность и ревность к королю, выдавать ему двойное содержание противу того, какое прежде получал.
Достопамятные сказания о жизни и делах Петра Великого, собранные редакциею журнала «Русская старина». С.-Петербург, 1876.
Наговор стоит казни
После знаменитой победы под Полтавою Пётр Великий начал принимать по желанию тех из шведских офицеров, которые изъявляли своё добровольное желание служить под присягою в русской службе, и оставлял их в тех же чинах, какие они имели по службе, у Карла XII. Между прочими, изъявившими своё желание был полковник Остман, посланный в полк, стоявший в Казани. Здесь он подвергнулся несчастию, и если бы только не предусмотрительность императора, то подвергнулся бы военному суду.
Слуга из ненависти или зависти донёс на полковника Отсмана в неверности; говорят, что слуга полковника часто предавался пьянству, и полковник приказал наказать его. Но слуга закричал: «слово и дело», и как полковника, так и слугу, заарестовав, послали в С.-Петербург.
В столице арестованных отправили в тайную канцелярию. Там показал денщик на своего полковника, что будто бы он бранил своего государя и по трёх жестоких пытках не отказался от своих показаний.
Как скоро Пётр Великий узнал об этом деле, тотчас приказал привести к нему Остмана, показал ему полученный донос и усиленно потребовал подробнаго обяснения, чтобы полковник не запирался и смотрел ему в глаза, желая проникнуть в мысль обвиняемого.
Полковник, нисколько не смутясь, объявил, что он нисколько не имел намерения дерзко относиться о величии императора и клялся в этом, потом присоединил и то, что даже настолько не знает русскаго языка, чтобы произносить бранныя слова. При том присовокупил швед: что если я из военнопленнаго был взыскан милостью монарха и поступил на службу, следовательно, никак не мог иметь причины к мысли оскорблять имя моего благодетеля. Если же денщик указывает на меня напрасно, то я не в силах подтверждать того и напрасно на себя говорить не могу, говорил полковник.
Государь, отпустив полковника приказав держать его под караулом, а сам на другой день приказал послать священника исповедывать денщика, при чём дал наказ, чтобы духовник, как можно подробнее выведал денщика о всех подробностях доноса. Денщик, видя, что настали минуты смерти сказал, правду, что он оклеветал полковника напрасно, из одного мщения.