You love me anyway (SORORATE) (СИ)

Алфи Соломонс ленивым шагом вошёл в гостиную и уставился испытуемым взглядом на Маттео, молодого итальянца и правую руку Луки Чангретты. Маттео, поправив зачёсанные волосы, держа в руке чёрную папку, поприветствовал еврея.

— Ну, — прохрипел Альфред, — что ты принёс для меня в этот раз, дружок?

Маттео встал у камина рядом с близстоящим столом и протянул Алфи маленькое письмо. Соломонс догадывался, каков будет ответ на его просьбу к Саре ежемесячно видеться с ней и сыновьями, который звучал примерно так: «Прошу тебя, оставь меня и моих сыновей в покое.» Разворачивая конверт, Алфи ещё хранил надежду на благоприятный ответ.

«Иди к дьяволу, Алфи! Ведь именно дьявол сидит в твоей голове и требует, чтобы ты окончательно разрушил мою жизнь.»

Алфи улыбнулся. Такого ответа ещё не было, значит, он смог вызвать в душе Сары гнев. После стольких лет безразличия любое чувство по отношению к нему приветствовалось. Он опустился за стол и принялся расспрашивать Маттео о Саре. Молодой человек рассказывал ему столько, сколько смог узнать: о её делах, о здоровье и отношениях с Лукой.

— А как там мои наследники? — прямо спросил Алфи, обводя глазами вошедшую в гостиную мать и закрывшуюся за ней дверь. Тава молча подошла к столу и с радостью впилась глазами в фотографии близнецов, выложенные мгновением ранее Маттео. Она рассматривала родные ей лица и мысленно сравнивала с Алфи. Да, они были похожи.

— По последним новостям из особняка Луки известно, что мальчики заболели корью. Высокая температура и всё такое.

Алфи нахмурился, откидываясь на спинку кресла, держа в руках общую фотографию сыновей с остальными детьми в детском саду.

— А хули Лука делает, м? И куда Сара только смотрит… М-да.

Своими каверзными вопросами Алфи буквально выудил у Маттео всё, что он знал о причине недуга детей.

— Сейчас сеньора Чангретта только-только завершила основание модельного бутика. — сказал Маттео в её оправдание, — Провела первое дефиле и попробовала себя в роли модели. — он выложил фотокарточки, — Весьма успешно — рост и внешние данные позволяют.

Алфи издевательски хмыкнул.

— Помимо этого, как вам уже известно, у Сары есть один кинозал закрытого типа для «верхов». Плюс муж, требующий внимания.

— И что? — надулся Алфи, точно индюк, не желая слышать о Луке. — Теперь у неё не осталось времени на сыновей из-за слащавого макаронника?

Тава задумалась, рассматривая фотографии Сары на подиуме, а после протягивая их Алфи:

— Никогда уже не бывать нашей девочке прежней.

— Вы, мистер Соломонс, особо бы не убивались, хочу сказать вам: теперешняя Сара не похожа на прежнюю юную девушку. Внешность её сильно изменилась, характер — и того больше, а тот человек, который остаётся её супругом, сердечно просит от неё ещё одну пару.

— Забавно. — заметил Алфи, изо всех сил стараясь казаться спокойным. — Пусть Лука не прыгает выше головы в попытке выбить дубль.

Маттео, опустошив папку, кинул взгляд на дверь, тем самым дав понять Алфи, что он покидает это место.

— Прежде, чем ты исчезнешь ко всем херам, — Алфи швырнул пачку купюр, и та, пролетев через стол, остановилась возле руки Маттео, — Дай слово, что устроишь мне встречу с Сарой и детьми! Суть в том, что я всё равно увижу её и мальчиков, чего бы мне это ни стоило, но хотелось бы обойтись мирным путём-таки.

Маттео поджал губы:

— Лука не допустит этого. Прольётся кровь. Войны будет не миновать!

— С твоей помощью всей этой ебани можно будет избежать, — продолжал гнуть своё Алфи, — Даже если я пристрелю Луку, то скажи мне, будет ли Сара так сильно страдать, потеряв его?

Тава прервала сына:

— Ты готов полностью разрушить её брак, её устоявшуюся жизнь сейчас, когда она почти совсем забыла тебя, чтобы снова ввергнуть её в исчадие страданий?

— Так ты считаешь, что она совсем забыла меня? — воскликнул он, обращаясь к матери, — Ты же знаешь, что она закрывает глаза с ним, а под веками видит меня. Потеряв её, совершив ошибку, я жил все эти годы в аду и нигде больше!

Тава истерически рассмеялась:

— Твои бесы плясали на юном теле Абигаль!

Алфи нахмурился:

— Возможно, но они не оставили на ней и следа. — стукнул он по столу. — Своди эту преданную, привыкшую к ежедневным истязаниям собачонку к доктору. Убедись в своём недомыслии, да, когда перед тобой откроется завеса её жалкого девственного тела. — Алфи поиграл пальцами в воздухе, — Прихвати и мистера Левинсона, пусть он посмотрит на свой впихиваемый каждому богатому засранцу товар.

Тава покачала головой:

— Порой мне кажется, что тебя зачинал не человек, а сам дьявол!

Алфи вымученно улыбнулся:

— Порой мне тоже так кажется. Однако ты страстно хотела видеть рядом с собой внуков, не так ли?

Тава закашлялась и вышла из гостиной, прихватив с собой снимки.

— Я это к чему… — проводив её взглядом, но не получив ответа, Алфи перевёл взгляд на Маттео, — Лука ей вряд ли многим дороже, чем псина или кот. Никогда не быть ему любимым ею так, как был любим я. А теперь подойди сюда и слушай: я тебя либо уговорю, либо заставлю, блять, сделать то, что мне нужно — решай уже сам, да? А нужно мне немного — увидеть Сару и близнецов.