Опасная седина монет

— Ты не ломай комедию передо мной! — чувствуя боль в спине, отозвался Глеб. — Я тебя не боюсь!

— Страх приходит не сразу, — выпятил тонкие губы Дусев. — Он появляется в час икс, как аппетит во время еды! Твой час икс уже приближается! Страх придет, когда жизнь повиснет на волоске!

— Выходит, час икс ты намечал вчера, когда твои стервецы притащили взрывчатку в мой дом? Сорвалось. И знаешь почему, Папа? Потому что ты обыкновенный примитивный пакостник. Исподтишка и из-за угла. Амбиции у тебя перехлестывают твои мозги. — Глеб хорошо знал о версии Акламина, что взрывчатку на грудь Ольге прикрепили люди не Дусева, что кто-то третий действует параллельно с Папой, руководствуясь тем же мотивом. Сам Корозов тоже начинал склоняться к этой версии. Но сейчас представилась возможность выяснить точно, и он решил это сделать.

На слова Глеба Дусев отреагировал с некоторым удивлением. Собрал морщинки вокруг глаз:

— Я не брезгую никакими методами, когда иду к цели, — сказал четко тоном, не терпящим возражений, — но взрывчатки — это не моя стихия! — Усмехнулся, тяжелое, как монолит, лицо, казалось, сделалось еще тяжелее. — Я не террорист! — Помолчал. — Получается, что ты кому-то еще наступил на мозоль! Многим ты, выходит, насолил, мужик! Мешаешь людям жить! Топчешься у всех под ногами. Почему ты такой неуживчивый? Получается, пока тебя другие не отправили на тот свет, мы должны с тобой сейчас решить наш вопрос. А потом топай на все четыре стороны, потом твоя шкура меня не интересует.

— Странно все, — усмехнулся Глеб, чуть подаваясь вперед.

— В чем странность? — не понял Дусев. — В том, что я хочу получить свое?

— В том, что и другие требуют от меня то же, что и ты! Как это объяснишь? Почему за твоим охотятся другие?

В ответ наступила долгая пауза. Дусев отвернулся, скрестил руки на груди, хмуро уставился в лобовое стекло, краснея белками глаз. Что он видел за стеклом, куда смотрел, о чем думал, понять было невозможно. Но пока он так смотрел, никто из его подручных не пошевелился. Наконец Папа оторвался от стекла, спросил, не поворачивая головы:

— Охотники, говоришь, появились? Ну что ж, значит, я на верном пути.

Получалось, что версия Акламина подтверждалась: на этот раз Дусев не организовывал нападения на квартиру.

— Повторяю: я требую от тебя вернуть мне мою коллекцию монет! Ты взял чужое! Отдай, не искушай судьбу!

Внимательно посмотрев через стекло на улицу, не давая Дусеву никакого ответа, Глеб поинтересовался:

— Куда ты меня везешь? — И, тоже не получив ответа от Папы, проговорил: — Я, в отличие от тебя, приучен с детства никогда не брать чужого! А потому мне никогда не нужно никому ничего возвращать!

— Ты неразумен, — неодобрительно покачал головой Дусев. — У тебя было время подумать. Но ты не воспользовался им. Жаль. — Резко обернулся, жестко глянул на подручного, сидевшего слева от Корозова.