Зоя

Авария помогла мне отвлечься.

Я отклеила пластырь с левого виска, где виднелась почти затянувшаяся ссадина.

Невероятно сложно все держать в себе, когда чувство одиночества угнетает сильнее прежнего. Моя прошлая жизнь в Варне резко отличалась от той, которой я живу сейчас. Я все острее чувствовала необходимость выговориться и попросить совет, как жить в окружении сложных и непостижимых личностей, подобных Себастьяну.

Латти забрала меня домой спустя сутки после происшествия.

Полагала, что здесь мне будет легче.

Она ошиблась. В этом доме меня ждали портреты Себастьяна и шикарный букет из нескольких десятков алых роз в фирменной коробке «Грегори энд Ко», дополненных сухой запиской «Выздоравливай. Себастьян Эскалант».

Какое лаконичное пожелание! Обдуманная или случайная игра слов? Ведь моя болезнь этим мужчиной лишь обострилась.

Я стала чаще проводить время с новыми знакомыми. Вероника, которая и сообщила о моей судьбе Ньевес и Давиду, постоянно приглашала меня в кино или на прогулку. Николас, с творческим пылом и все нарастающей симпатией ко мне, старался составить нам компанию.

Латти тактично не спрашивала о том свидании, и я мысленно благодарила ее за это. А вот Ксавьер излучал противоположный настрой. Он сразу же догадался, в чем истинная причина моего печального настроения, навестив меня спустя два дня после выписки.

Я вспоминала наш разговор, выдавливая зубную пасту на щетку. С того дня это стало моей традицией и помогало возводить невидимую стену. Ибо каждое его слово — это новый кирпич в стене между мной и Себастьяном Эскалантом.

— Он хотел сделать тебя своей «куклой»? — прямо спросил Ксавьер, разглядывая мои новые работы.

— Кем? — замерла я с кисточками в руках, которые намеривалась отмыть.

— «Куклой», — он перелистывал мои труды и одновременно пояснял.

— Так мы с Виктором называем девушек Себастьяна, которые подписывают с ним договор.

Казалось, что внутри меня взбунтовалась метель и принялась обдавать мои внутренности морозным ветром.

— Договор? — эхом переспросила я.

— М-гу! — хмыкнул тот и перешел к тем рисункам, которые стояли у стены, ожидая очереди попасть в рамку, а потом — на выставку.

Я судорожно выдохнула воздух и положила кисточки обратно на стол. Мои руки слишком дрожали и для начала нужно успокоиться.

— И… в чем смысл этого договора? — я старалась унять дрожь в своем голосе.

Ксавьер присел на корточки, чтобы поближе рассмотреть мазки краски.

— Себастьян финансово обеспечивает своих… э-э, спутниц: машина, денежные отчисления, шопинг, развлечения, — он снова встал на ноги и сунул руки в карманы своих кремовых брюк. — Взамен они приезжают к нему в любое время суток. По первому требованию. Они послушные, покорные и красивые. Они — куклы. Только живые. Взгляд Ксавьера встретился с моим. Но я словно переместилась во времени и видела перед собой лицо Себастьяна.