Глаза с разводами янтаря (СИ)

— Не думал же ты, что я тоже поверю в твои сказки, — Люмин с улыбкой закатывает глаза и берет баночку с молоком. — Нет, я знаю, что во всех них есть кусочек правды.

— Кусочек, — Аякс возмущенно хмыкает. Он бы сказал, что целый кусочище; и достаточно большой, чтобы никто до сих пор ничего не заметил.

— Правдоподобнее, чем в Ли Юэ, но до обманщика профессионального уровня тебе еще далеко.

Никто ничего не заметил, кроме, пожалуй, Люмин; которую, в общем-то, он даже не планировал обманывать. Просто она оказалась рядышком, пока он обманывал Синь Янь, Паймон и Шики Тайсё, а в целом…

— И ничего я не обманывал, — решает защититься он, — это ты просто не спрашивала.

— Да-да, но теперь ты передо мной виноват, — она откидывает длинную прядку волос за свое плечо, хитро бросая взгляд на Аякса. — И придется задержаться тут еще на неделю. Ты, кажется, еще не все книжки для Антона купил. А я обещала Аяке двойное свидание.

— С такими девушками, — парирует Аякс, — мы с Томой подружимся.

— Да, вам есть что обсудить, — Люмин потягивает молоко через трубочку. — Ему явно понравится тот твой любимый странный суп с живыми осьминогами.

Хитрая, хитрая лиса — он и не заметил, когда она такой стала. Но от понимания, что эта хитрость ее ничуть не испортила, а сделала даже лучше, Аяксу становится тепло; в такие моменты он будто влюблялся в нее чуточку больше.

— Или я пожалуюсь твоей маме, — добавляет Люмин, отвлекая его от мыслей. — И даже уступлю ей удовольствие выполнить свою угрозу.

Аякс смеется. Он уже чувствует, что в Снежной дома Люмин ждут, наверное, больше, чем его самого — раз она умудрялась вести переписку почти со всеми членами его семьи. Интересно, на чьей стороне там отец; но что-то подсказывало, что отправленные недавно инадзумские рыболовные снасти растопили и его беспокойное сердце.

— Ну, тогда придется сходить, — мягко улыбается он.

Ведь голова ему все ещё нужна.

========== Жердочка ==========

Комментарий к Жердочка

спойлеры к квесту 2.7

Для Люмин пропадать — явление обыденное. Вполне нормальное, естественное, почти бытовое. Люмин всегда занята, Люмин всегда кому-нибудь помогает или кого-то бьет — и ее исчезновения совсем не секрет.

Обычно она бросает: «Мне надо отлучиться», и сразу исчезнет — упорхнет, словно канарейка.

Или утечет, как песок, прямо сквозь пальцы Тартальи.

Она упорхнет, а его душа ноет и скребёт под сердцем — хочет следом, хочет летать вместе с ней, обжечь рано или поздно крылья о солнце, но не может. Ему крылья-то обрезали давно; в пустой-пустой глубине бездны.

Тарталья хочет с ней, а остаётся в тухлом банке разбирать тухлые дела тухлых фатуи и их предвестников.

Тухло, очень тухло.

У Тартальи пара развлечений в день — это когда ему докладывают новости касательно Люмин.

Не то чтобы он отличался гиперопекой. Не то чтобы он за ней следит, но у фатуи есть глаза и уши везде, он ее предупреждал ещё давно, она должна была помнить, его внимательная Царевна; и одного «Путешественницу видели в Инадзуме» ему хватает. Где именно, с кем именно, что она там делает — вот это уже не его дело. Это уже Люмин разберётся сама.

Не то чтобы он следит за ней, просто…

Люмин сильная, Люмин стойкая, Люмин отважная и непобедимая; а ещё Люмин нежная, Люмин бескорыстная, Люмин немножечко иногда слишком доверчивая.

Тарталья не следит, ни в коем случае. Тарталья просто немножечко приглядывает.

Он не хочет становиться клеткой этой пташки; Люмин и так не позволяла себе слишком многого, по его мнению. Например, отказываться ловить сбежавших котят.

К исчезновениям по куче разных дел и поручений Тарталья привык. К чему Тарталья не привык, так это к фразе: «Мы не знаем, где Путешественница».

— Что значит «мы не знаем»? — переспрашивает он едва ли не с угрозой. Ну, может, просто не так расслышал?

— Она вошла в Разлом, — агент фатуи мягко кланяется, опуская голову, признает собственную вину, — и не выходила со вчерашнего дня.

Святая Царица, думает Тарталья, куда ж ее снова занесло…

— У вас была всего одна работа, — сквозь зубы шипит он и хлопает за собой дверью так, что Надя в коридоре вздрагивает от неожиданности.

Тарталья не любитель запугиваний, но работа у них и правда была всего одна.

— Насколько мне известно, — с каменным спокойствием говорит Чжун Ли; делает паузу, отпивая чай. Тарталье немножечко хочется влить ему в рот весь чайник. — Сяо тоже направился в глубь Разлома.