Разведи меня, если сможешь

— Ненавижу! — вопила я, прыгая на одной ноге. — Чтоб он подавился льдом из этих формочек! Урод, скотина, сволочь! Чтоб у него хотелка отвалила-а-ась!

Марта очень спокойно обошла меня и, подхватив сковородки со всеми прибамбасами, оттащила их к входной двери.

— Заберу это от греха подальше, — выдала моя наглая помощница.

— А не много ли ты на себя берешь? — вымученно опустившись на пуфик и привалившись к стене, я массировала отбитые пальцы. — Я вообще-то тебя выгнала.

— Знаю. Восьмой раз за этот месяц, — напомнила Марта, аккуратно запихивая в коробку чуть вылезшую наружу силиконовую крышку. — Привыкла уж к вашему характеру.

Я усмехнулась.

— Если даже наемная домработница меня всерьез не воспринимает, то что уж говорить о муже? Он меня в порошок сотрет, а я ему еще спасибо буду при этом говорить.

— Нет, миссис, вы не такая, — Марта обула ботинки и подхватила коробку: — вы сильная, умная, красивая и интересная. А еще, судя по вирт-грамотам, неплохой маг. Только вам бы вспомнить, какая вы есть, да время не терять. Я тут положу адрес офиса, где принимает клиентов Адам, он уже спрашивал про вас и ждет. Но, если не пойдете, все равно найдите адвоката. Хотя господин Боннер в таких делах профи. К нему очередь из желающих…

— Угу, и поэтому он возьмется за меня, хотя знает, что муж вот-вот оставит меня ни с чем.

— О, за вас он возьмется! Потому что у него какие-то личные счеты с мистером Поуком. И, сами понимаете, вам это только на руку. Всего хорошего, миссис. Мне оплачивать эту неделю не нужно, возьму сковородки.

Тихо шурша, закрылась дверь, оставляя меня совсем одну почти на том же месте, что и накануне вечером. Только тогда меня толкнул супруг, а теперь оглушила новостями домработница. И я вдруг поймала себя на мысли, что квартирка, в которой я всегда чувствовала себя надежно и уютно, словно бы меня предала. Дважды за одни сутки. Здесь больше не было хорошо, как раньше. А я и не заметила, когда стены, всегда служившие мне крепостью, превратились в тончайший картон…

Всхлипнув, я грустно осмотрелась и поплелась к визофону. Единственным, чего мне сейчас хотелось, были слова поддержки от самых родных людей. Назвав заученный наизусть номер, я обняла подушку с дивана и уставилась на экран монопода.

— Кто там, Зои? — раздалось раньше, чем появилось изображение мамы и отца.

— Кэти, — ответила родительница. — Иди сюда, Том. Я ее не вижу почему-то.

— Просто убери затворки с камеры, — посоветовал папа, и тут же темнота в моноподе рассеялась.

Они все еще были хороши собой. Мама — женственная, изящная, с неизменной улыбкой на лице и папа — крупный мужчина, с высоким лбом, проницательными карими глазами и сильно выступающим вперед подбородком… Всю жизнь они прожили вместе, душа в душу, родив двоих детей: меня и сестру Ханну. Сейчас младшенькая заканчивала университет по той же специальности, что и мой муж когда-то. И помог поступить ей именно Роджер.