Шанс милосердия [litres]

Едва Флора сошла с последней ступеньки на забетонированную площадку, от группы встречающих отделился человек в синем форменном кафтане и поспешно подошёл к ней.

– Простите-извините… А вы кто? – спросил он, часто моргая.

– Я?! – Флора изобразила крайнее недоумение. – Я – вдова героя Ниноса Озириса, прибыла на церемонию открытия памятной стелы защитникам Дибальта.

– Да! Конечно… – Он так же шустро метнулся к своим коллегам и что-то быстро нашептал чернобородому толстячку, который, выслушав его, торопливо зашагал навстречу гостье.

– Простите, госпожа Озирис. – Он смущённо теребил бороду и избегал встречаться с ней взглядом. – Позвольте представиться. Ияр Шушан, рища канцелярии бел-пахати округа Дибальт.

– Почему не прибыл сам бел-пахати? – сурово спросила Флора.

– Простите, госпожа Озирис, но у нас произошла трагедия. Страшная трагедия… Я должен доложить Великому сагану.

– Говорите мне. Я передам.

– Прошлой ночью враг варварски обстрелял ракетами Харран. Десятки тысяч погибших. Старики, женщины и дети. В основном… Да. Все отбыли туда. И шурты, и сотрудники гражданских служб, и тыловые воинские подразделения. Бел-пахати отправился также, чтобы лично организовывать спасательную операцию.

– Ясно… И что нам прикажете делать?

– Я? Прикажу? – искренне изумился чиновник. – Я лишь могу передать. Да. Только передать. Пришла телеграмма из канцелярии Его Величества, да живёт он вечно. Предписание. Вот. – Он подал Флоре помятый лист бумаги с наклеенными ленточками из телеграфного аппарата.

«Срочно. Секретно. Именем Его Императорского Величества, да живёт он вечно. Великому сагану провинции Кетт предписывается немедленно со всей свитой отправиться в район города Харран, посетить место событий и выступить там перед представителями прессы с гневным осуждением варварского обстрела войсками Федерации мирного города. Принять на борт „Владыки небес“ группу журналистов и фотографов. Церемонию открытия памятника героям обороны Дибальта провести после выполнения миссии в Харране. Рища по особым поручения второго отдела канцелярии Его Императорского Величества Саргон Чори».

– Хорошо, я передам. – Сейчас ей владели сложные чувства. С одной стороны, она чувствовала облегчение от того, что церемония откладывается, а значит, у неё больше времени, чтобы всё обдумать. С другой стороны, внушало ужас то, что стало причиной этой отсрочки. Хотя зачем противнику уничтожать мирный город, который он, судя по сводкам Имперского радио, оставил совсем недавно и наверняка рассчитывает вернуть себе? Может быть это очередная «утка» официальной пропаганды, а на самом деле нет никаких жертв и никаких разрушений? Она уже привыкла не верить никому и сомневаться во всём, что слышит, читает и даже видит собственными глазами, потому что сама реальность казалась извращённой, искажённой и абсурдной. И труднее всего делать вид, будто считаешь, что всё нормально, всё логично, всё правильно.