Человек взломанный

Особое место в ее структуре занимают, конечно, лаборатории высокотехнологичных компаний, которые тратят на исследования порой больше, чем государство. Высокоэффективные корпоративные «бригады», организованные, как правило, вокруг конкретных проектов, собирают вокруг себя лучшие умы, не обращая большого внимания на регалии. Впрочем, предлагая ученым прекрасные зарплаты и условия работы, корпорации часто вымывают наиболее активных и продвинутых из «государственной» науки, тем самым еще сильнее понижая ее средний уровень.

Под вопросом остается область фундаментальных исследований. Хотя наиболее дальновидные руководители высокотехнологичных фирм понимают, что к прорывам могут привести как раз инсайты в этой области, но, безусловно, публичные корпорации должны отчитываться перед акционерами, которые вряд ли поймут, если их деньги будут вложены в то, что не имеет перспектив отдачи в ближайшем будущем. Таким образом, наличие самых успешных частных лабораторий не решает проблем современной науки, которые в обществе, озабоченном где превыше всего ценится хайп и сиюминутная эффективность, просто заметаются под ковер.

В последние годы, в связи с успехами глубокого обучения, у многих ученых возникло «головокружение от успехов». Открылись перспективы масштабного финансирования разработок со стороны государств и крупных корпораций. При этом глобальным элитам удалось превратить ученых в «традиционных интеллектуалов», задача которых — идеологически обосновывать и практически обслуживать статус-кво.

Подчинив в огромной степени живой мир планеты и поставив под контроль ее геологические, энергетические, биологические и информационные ресурсы, технократическая элита целенаправленно обратилась к человеку как к ресурсу нового витка развития. Сегодня технократам не нужна личность с промытыми мозгами — им не нужна личность как таковая. По мере «просчитывания будущего» и крепнущей уверенности в том, что «последний фронтир» «человека просчитываемого» досягаем, у технократической элиты возник запрос на научное и философское «отрицание сознания». Этому запросу удовлетворяет растущее «предложение» со стороны представителей фрагментированной науки и философии, потерявшей ориентиры и растекшейся на ручейки. Задача технократов состоит в том, чтобы сделать эту доктрину научным мейнстримом.