Я все смогу сама [litres]

– Небольшие… В мировых масштабах.

– И какая точная сумма?

– Э-э-э, сто девяносто три тысячи.

– А на счету…

– А на счету их нет. И появится что-то подобное только дней через десять…

Валя записала сумму долга. И теперь только поняла, почему так заведена Галина. Взять эти деньги было неоткуда. А срок платежа наступает в пятницу.

– Валентина Сергеевна, – Галина чуточку замялась, но потом все-таки решила продолжать. – У вас же есть знакомый банкир. Может, вы бы как-то… сумели переговорить с ним… по этому поводу?..

Галина делала таинственные знаки руками и то и дело оглядывалась по сторонам.

– Есть… Но я очень не хочу к нему обращаться.

Галина в сердцах бросила ручку:

– Ну, тогда вы меня извините. «Хочу не хочу» – это просто лирика какая-то. Если быть богатым и добрым невозможно, то быть бедным и разборчивым – это просто глупость! Вы меня извините, конечно, но я иначе все это назвать не могу!

И Валентина поняла, что выбора-то у нее нет. Придется ехать в банк. И там почти наверняка встречаться с Сашей. Она даже набрала его телефон. Но почти сразу же сбросила звонок.

«Нет, будь что будет. Побеседую с начальником кредитного отдела. Он, дай-то бог, мне не откажет…»

Начальник кредитного отдела, круглый и беспрерывно улыбающийся, выслушал Валю молча. Да она, собственно, ничего особого не просила. Как ей казалось.

– Я прошу отсрочить платеж по кредиту… Всего на десять дней.

Начальник отдела попытался было что-то ответить, но тут дверь распахнулась и в кабинет вошел Александр. Деловой его костюм был наглухо застегнут, несмотря на жару, лицо украшала обаятельная улыбка.

– Что тут у вас, Валерий Фомич?

– Да вот, Александр Васильевич, Валентина Сергеевна просит десятидневную отсрочку по кредиту.

Александр с той же обаятельной улыбкой сел за столик прямо напротив Вали. Столик был узкий, и он оказался лицом к лицу с ней.

– Я не совсем понимаю смысл подобных обращений, – тихо заметил он.

Валя попыталась что-то ответить, но Александр ее перебил. Улыбка стала еще обаятельнее, а глаза – еще холоднее.

– …У нас банк, а не благотворительный фонд. И потом сумма не такая уж и большая, даже по провинциальным меркам.

Валентина кивала. Ей все сказали не слова Александра, а его глаза.

– Но возможно… – попытался вступить в разговор начальник кредитного отдела.

– …Невозможно, – тут же отрезал Александр. – Условия договора госпожа Головина читала. И она прекрасно знает, что следует делать…

Повисла пауза. Валя отвела глаза, чтобы не смотреть в это ставшее таким неприятным, даже гадким лицо. А Александр, выдержав паузу по всем правилам сцены, закончил:

– …Найти деньги и… заплатить. Не позднее указанного срока.

Валентина наконец подняла на него глаза. Теперь уже и в ее взгляде не читалось для Александра ничего хорошего. Вероятно, тот сразу это понял.

«Ну что ж, ты объявил мне войну… Я принимаю вызов. Не надейся, что я еще хоть раз к тебе за чем-нибудь приду… Ну разве что пощечину отвесить!»