Дочь врага для Темного

— Успокойся, — он обхватил мою брыкающуюся фигуру двумя руками, но вся так же продолжала вырываться. Тошнота усилилась. Стала безумной. Я зажмурилась и начала часто дышать.

— Нет, я не смогу успокоиться, зная, что человек, которого я люблю, в опасности. Он не при чем. Никогда, Рашидов ни единого раза не сделал мне больно! — задыхаясь, кричала на брата.

— Почему тогда я застал тебя с ним в таком состоянии? — потерянным взглядом наградил меня Никита.

— Он думает, что я предала его. Но предатель его друг. Кто мне поверит, если факты вещь упрямая. Я дочь врага. Никита, пожалуйста, предупреди его, что это отец и Николин все подстроили. Предупреди, — я схватила его за лицо и шептала как мантру, как молитву. — Если ты меня по-настоящему любишь, пожалуйста, не дай навредить ему, — слезы продолжали капать, я прикусывала губы в ожидании ответа. Я понимала, что поступала подло. Манипулировала, но в моем состоянии не понимала, куда двигаться и как.

Никита молчал, черты лица заострились, я понимала его шок. Видимо, ему ситуацию преподнесли под другим соусом. Он выдавил из себя вопрос, но я чувствовала, что сказать хотел явно не это.

— Что значит отец?

— Я оказалась тогда в клубе неслучайно. Мне пришло сообщение от тебя, а там ждал нужный человек…Я слышала разговор Николина с отцом, надо найти способ доказать мою непричастность. Никита, Арслан не такой плохой человек, как ты думаешь. Он защищал меня, он заботился, он спас меня бесчисленное множество раз, хотя мог оставить умирать. Он не зло, — брат меня отпустил, продолжая рассматривать как будто в первый раз.

А я больше не могла терпеть то, что сейчас со мной творилось. Это противный привкус во рту становился отвратным.

— Мне надо в уборную, — пролепетала не своим голосом. Я выпуталась из оков одеяла и на нетвердых ногах пошла в туалет. Мне казалось, что сейчас я просто выверну все содержимое наружу прямо на ходу.

Столько раз меня выворачивало наизнанку, что не счесть. Никита молча подошел сзади и удерживал слабое тело так, чтобы я окончательно не упала лицом в унитаз. Слабость усиливалась с каждым позывом рвоты. Когда все закончилось. Он спросил меня только одно:

— Ты можешь быть беременной?

Когда у меня в последний раз были месячные? Так давно, что и не счесть. Страх противными щупальцами прошелся по спине.

Мы не предохранялись, Арслан часто срывался, так что да. Я могла быть беременной.

— Не знаю, — обреченно выдала, на что Никита саданул кулаком по стенке. Сбивая руки в кровь снова.

В тот день он ушел, оставив меня наедине со своими страхами. Я не знала, смогла ли достучаться до него, не знала, по сути, ничего. Моя комната была заперта, окно на проветривании. Но не стала бы я сбегать с третьего этажа по веревке?