Герои битвы за Крым
- Автор: Рубцов Юрий Викторович, Филипповых Дмитрий Николаевич
- Год: 2019
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-235-04308-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Герои битвы за Крым». Краткое содержание книги:
Благословенная крымская земля от века привлекала жадные взоры завоевателей. Полуостров, в первую очередь колыбель Черноморского флота Севастополь пережили две тяжелейшие войны в борьбе с иноземцами — Крымскую 1853–1856 годов и Великую Отечественную.
Без преувеличения обильной русской кровью писалась эпопея Тавриды/Крыма в 1941–1944 годах, когда на территории полуострова и в акватории Черного и Азовского морей развернулись ожесточенные сражения и бои с немецкими и румынскими захватчиками. Навсегда останутся в истории боевые дела защитников Крыма. Их — сотни тысяч, и за рассказом о героях этой книги — адмирале Ф. С. Октябрьском, генералах И. Е. Петрове, Д. Т. Козлове, Я. Г. Крейзере, П. К. Кошевом, офицерах Л. М. Павличенко, А. Я. Лещенко, А. К. Абдрахманове — встает коллективный и бессмертный подвиг народа.
[Адаптировано для AlReader]
Позднее, убывая с Волховского фронта, Кошевой посчитал необходимым обратиться к Мерецкову с личным письмом: «Я ехал на фронт под впечатлением рассказов об отходах, окружениях, проигранных боях… Вы мне не говорили об отступлении или окружении. Наоборот, Вы говорили, как заставить противника повернуть вспять. В Ваших советах я нашел моральную опору. Я шел в бой уверенно… Уезжая, пишу откровенно и правду. Вы меня научили воевать и бить фашистов»{317}.
Научили воевать… Да, так получилось, что в Красную армию Кошевой добровольно поступил еще в феврале 1920 г., а в настоящем бою ему довелось побывать лишь на двадцать первом году службы. Война быстро учит. 17 декабря 1941 г. в ознаменование победного участия 65-й стрелковой дивизии в Тихвинской наступательной операции она была награждена орденом Красного Знамени. Что касается комдива, то генерал-лейтенант В. Ф. Яковлев (командующий 52-й армией, в состав которой с декабря 1941 г. входила дивизия) в боевой характеристике П. К. Кошевого отмечал, что, хотя ему еще недостает широты взгляда, он «за время боевых действий дивизии проявил себя как волевой, энергичный командир».
В середине октября 1942 г. Кошевой вместе с 24-й гвардейской стрелковой дивизией, которую он возглавил 2 июля того же года, покинул Волховский фронт. Под стук колес офицеры управления гадали: куда держит путь их эшелон? После Москвы повернули на юго-запад, миновали Тамбов. Вскоре последовали остановка и команда на выгрузку. Оказалось, дивизия включена в состав 2-й гвардейской армии. Уже по тому, что армию вскоре возглавил генерал Р. Я. Малиновский, о котором, как писал Кошевой, «мы были наслышаны как о человеке с весьма большим и разнообразным военным опытом»{318}, было ясно: армия предназначена для серьезных дел. Так и было. По первоначальному замыслу Ставки ВГК 2-я гвардейская армия в составе Донского фронта К. К. Рокоссовского должна была стать главной ударной силой в ликвидации окруженных под Сталинградом немецких войск.
Однако в начале декабря резко осложнилась ситуация на Сталинградском фронте. Э. фон Манштейн из района Котельникова крупными танковыми силами начал наступление, стремясь деблокировать окруженную Сталинградскую группировку Ф. Паулюса. По предложению А. М. Василевского, армия была передана в состав Сталинградского фронта и спешно выдвинута на рубеж небольшой степной речушки Мышковы. В первом эшелоне пешим порядком форсированно выдвигалась 24-я гвардейская дивизия Кошевого. Комдив, на несколько часов опередив свои части, первым оказался на северном берегу речки, чтобы осмотреться и принять решение на оборону. Буквально на его глазах с юга к расположенному на другом берегу хутору Нижне-Кумский стала подходить немецкая колонна: танки, бронемашины, пехота. День клонился к вечеру, подчиненная дивизия все не показывалась, и Кошевого охватили невеселые мысли. Организовывать оборону придется в темноте, не будет возможности на местности согласовать огонь артиллерии, минные поля придется ставить без точной привязки к местности, направления контратак до деталей тоже разведать невозможно.
Комдив внимательно следил за концентрирующимся в Нижне-Кумском противнике и пришел к выводу, что тот явно не собирается никуда двигаться на ночь глядя. Вероятно, противник не допускал возможности выхода советских войск в этот район и вел себя беспечно, не организовав даже наблюдения и не выставив за пределами хутора охранения. Родился замысел использовать это обстоятельство и под покровом ночи нанести внезапный упреждающий удар по врагу.
Предложение поддержали начальник штаба дивизии, командиры полков. В 2.30, в самую глухую пору декабрьской ночи, загремели пушки. «Работать пришлось без пристрелки, но стреляли хорошо, — описывал обстановку Кошевой. — Снаряды рвались в центре хутора, где располагалось, как мы думали, командование противника. В хуторе поднялась суматоха. Раздался грохот моторов фашистских танков. Враг пытался вывести их из-под обстрела. Суматоха на улицах перерастала в панику. В это время батальон ворвался в расположение противника и косил метавшихся возле домов гитлеровцев. На окраине завязалась ожесточенная схватка. Особенно жаркий бой вела рота лейтенанта В. Ф. Кречетова, которая вышла к стоянке фашистских танков. Ее поддерживали огнем минометчики лейтенанта Нургая Орумбекова. Они не дали немецким танкистам завести остывшие на морозе моторы. Бойцы Кречетова действовали отважно и напористо, перебили экипажи двух десятков танков и повредили сами машины»{319}.
В ходе ночного боя противник потерял несколько сотен человек убитыми и до 65 танков. Дерзкие, умелые действия подчиненных Кошевого позволили несколько сбить наступательный порыв врага. С наступлением утра в бой втянулись и соседние дивизии. Эпицентр событий переместился в район соседних хуторов Васильевка и Верхне-Кумский, где вперед рвалась ударная группировка Манштейна.
Несколько дней на берегу ранее безвестной, а с тех пор вошедшей во все учебники по военному искусству степной речушки Мышковы кипело ожесточенное сражение. Отразив удар танкового кулака противника, 2-я гвардейская армия с рассветом 24 декабря сама перешла в наступление. 29 декабря дивизия Кошевого совместно с 7-м танковым корпусом генерал-лейтенанта танковых войск П. А. Ротмистрова освободила Котельниково, откуда за две недели до этого Э. фон Манштейн начал наступление (с его войсками Кошевой вновь повстречается зимой — весной 1944 г. при освобождении Крыма). Все попытки врага вызволить окруженную группировку Паулюса, таким образом, провалились.
В сентябре 1943 г. генерал-майор Кошевой возглавил 63-й стрелковый корпус, с которым принял активное участие в освобождении Левобережной Украины.
«После боев на Днепре 63-й стрелковый корпус в середине января 1944 г. был выведен в резерв фронта»{320}. Правый сосед, 3-й Украинский фронт, как, впрочем, и ряд других фронтов наступали. Находясь в резерве, подчиненные Кошевого да и сам комкор, конечно, хотели побыстрее узнать, когда они сами пойдут вперед. «Каждый разговор по телефону со штабом фронта мы, командование корпуса, использовали не только для докладов начальству всякого рода сводок, но и старались что-нибудь выведать о предстоящей задаче. Штабники фронта, сохраняя тайну, отмалчивались, а С. С. Бирюзов коротко отсек мои вопросы: придет время — узнаешь»{321}.
«Солдатский телеграф» сообщил: 4-й Украинский фронт тоже вскоре перейдет в наступление. И это соответствовало действительности, однако направление наступления стало неожиданностью. Вместо того чтобы принять участие в начавшейся 30 января Никопольско-Криворожской наступательной операции, 63-й корпус был возвращен в состав 51-й армии, в рядах которой полгода назад он освобождал Донбасс, и получил приказ начать переброску на подступы к Крыму.
Решение Ставки ВГК было разумным. Прошло время, когда Ставка Гитлера имела хотя бы какое-то основание надеяться, что ей удастся восстановить связь Крымской группировки с главными силами 6-й армии, развернутыми на правом берегу Днепра. Немцы все еще удерживали плацдарм в районе Никополя, откуда можно было нанести удар на Перекопском направлении. Но теперь счет существования Никопольского плацдарма уже шел на дни, и германскому Генеральному штабу пришлось оставить планы прорыва в Крым или из Крыма к Днепру.
К двадцатым числам февраля 63-й корпус завершил «комбинированный марш в новый район сосредоточения на северном берегу Сивашского залива»{322}. Командующий армией генерал-лейтенант Я. Г. Крейзер не скрывал своей радости по поводу прибытия в состав армии еще одного корпуса, к тому же такого, боевые возможности которого ему были хорошо известны. Он поставил Кошевому задачу, «не теряя времени, подготовить соединения для переправы на плацдарм»{323}, захваченный еще в ноябре 1943 г. на южном берегу Сиваша. Отсюда корпусу предстояло в дальнейшем наступать.