Их невинная секретарша [Their Virgin Secretary - ru]

— Ты его заслуживаешь. Черт, ты заслуживаешь три обручальных кольца! Но я просто не могу этого сделать. Если ты хочешь, чтобы я ушел, я уйду. Я смогу еще раз начать жизнь заново. Уеду куда-нибудь на Запад. Возможно, в Калифорнию.

Сама мысль о переезде была ему ненавистна. Келлан не мог себе даже представить, что не будет видеть Бэлль каждый день. Именно поэтому он так долго сопротивлялся уговорам Тейта ехать за ней. Келл пытался отсрочить тот момент, когда должен будет попросить Аннабель принять его, но только в постели, а она откажет и тем самым навсегда изменит его отношения и с ней, и с друзьями.

К его удивлению, девушка не отвесила ему пощечину, — А зачем тебе уезжать?

— Потому что я думаю, в конце концов, ты простишь ту ужасную ночь в гостиничном номере. Но я не рассчитываю, что ты простишь меня. И если мой уход будет означать, что ты дашь им шанс, то я уйду. Я в долгу перед ними.

Девушка вздохнула и неожиданно оказалась в его руках – Бэлль села к нему на колени и обняла, – и весь мир для Келлана сузился до этих ощущений. Моментально член его встал по стойке «смирно», и мужчине пришлось поменять позу, чтобы не позволить нахалу тереться об нее. Вместо этого он крепко обнял Бэлль. Минутка. Всего одна минутка, и он отпустит ее.

— Не буду отрицать: я была зла и обижена, но… — Аннабель вздохнула и прижалась к нему, — я не хочу, чтобы ты уходил.

Ее жаркий шепот касался его шеи, даря невыносимую муку. Она подняла голову и оказалась с ним лицом к лицу, и – Господи, помилуй! – Келлан не смог сдержаться. Она прямо здесь, так близко, что их губы почти соприкасаются. Мир вокруг него исчез – ничто больше не имело значения, кроме женщины, которую он прижимал к себе. Он завладел ее губами в настойчивом поцелуе. Той ночью в отеле между ними бушевала страсть, а этот поцелуй был более нежным, более интимным. Таким могущественно-прекрасным и… опасным.

Келлан захватил в плен ее рот, и Бэлль, вздохнув, приоткрыла губы. Она с легкостью подстроилась под глубину и темп его поцелуя, словно таких поцелуев у них были тысячи. Это был медленный вальс господства и подчинения, и они танцевали его вместе, достигая абсолютной гармонии. Всё тело Келлана – не только член – реагировало на нее нарастающим напряжением и дрожью. Она заставляла его сердце биться быстрее. Голова была словно в тумане. Обняв Аннабель, мужчина даже дышать стал по-другому. Она заставляла его чувствовать себя живым.

Если он забудет об осторожности, то погибнет.

Келлан резко разорвал поцелуй. Он должен, насколько это возможно сохранять дистанцию. Их взгляды встретились, и в расширившихся глазах девушки читались ошеломление и боль.

— Ты даже целовать меня не в силах?

Ему нестерпимо хотелось снова прижать ее к себе, но из глубины души выплыла на поверхность былая боль, а Келлану не хотелось, чтобы Аннабель почувствовала его терзания, — Не так, как сейчас. Это не просто секс, Бэлль. Это нечто большее. Здесь вопрос чувств, а на это я пойти не могу. Я безумно тебя хочу, но не могу предложить ничего, кроме секса. Не могу дать тебе ничего большего, кроме страсти и своего тела. Так что будет лучше, если я уйду. Ты сможешь быть счастлива с ними. Они по-настоящему любят тебя, Бэлль.