Любовь и бессмертие [СИ]

Высвободившись из объятий Максима, я по пути обняла Андрэ и в ответ на его тревожный взгляд успокаивающе шепнула: «Всё хорошо, милый».

– Машенька… – позвала я, входя на кухню.

Ольга была в кухне одна.

– Оля, а где Маша? – Я в который раз залюбовалась совершенной красотой её профиля.

Не поворачивая головы, Оля ответила:

– Марь Васильевна еду собакам понесла. Они с улицы такие голодные прибежали, будто три дня не ели. Скулили так, что Марь Васильевна не выдержала и раньше времени решила их накормить. Вы не беспокойтесь, у нас к обеду всё готово. Минут через пятнадцать можно за стол садиться. Сегодня у нас полный стол, только Кати нет. Зато Анюта с Ромкой в гостях, их Стефан привёз, а вечером Эдвард заедет и заберёт.

– Хорошо, Оля, благодарю.

Я повернулась, чтобы уйти, и столкнулась с Машей.

– Маленькая, меня ищешь? А я собакам их варево отнесла. Хорошо остудила, как чувствовала, раньше времени есть запросят. Они в пять глоток такой концерт устроили, думала, оглохну. – Надевая варежки на руки, она укоризненно покачала головой. – Дашка прибегала. У Аньки-то совсем молока нет. Два месяца ребёнку, уж из коробочки кормят.

Маша наклонилась и достала противень из духовки. По кухне разлился запах мясного пирога.

– Маша, аромат какой, слюнки текут! Как собаки сейчас скулить начну!

– Детка, проголодалась! Перехвати чего-нибудь.

Маша озабоченно оглядела кухню.

– А вот, пирожок хоть съешь, он творожный. Сейчас обедать будем, всё у нас готово. Оля, крикни Марфе, давайте стол накрывайте.

Марфа и сама уже сновала от комода к столу, сервируя стол. Я присоединилась к ней. Василич и Михаил что-то бурно обсуждали, а сидевший между ними Виктор поглядывал то на одного, то на другого, слушал и молчал. Пётр с книгой на коленях сидел от них отдельно, и сидел так, чтобы не терять из виду Марфу.

Однажды Марфа осудила Петра, случайно выяснив, что кроме Пушкина, а именно сказок Александра Сергеевича, и «Преступления и наказания» Достоевского, Пётр из русской классической литературы ничего не знает, не читал.

– Как можно, – возмутилась она, – вы же русский человек! Ну и что, что вы в другой стране родились? Как можно не интересоваться родной литературой, не знать Толстого, Набокова, Шолохова… Чехова, наконец? Вы что, и в театре никогда не бывали? В репертуаре любого драматического театра хотя бы один спектакль по Чехову обязательно есть!

Пётр не оправдывался, просто пошёл в библиотеку и нашёл том Чехова. И Марфа взяла на себя «обязательство» обсуждать с Петром прочитанные им произведения, а в «закрепление материала» (в кавычки я взяла её выражения) водила его по театрам на спектакли, поставленные по этим же произведениям.

Сама Марфа открыла мир большой литературы в свой первый год жизни в семье. Катерина часами не могла разыскать внучку, когда та, забившись в укромный уголок и позабыв обо всём, читала очередной приключенческий роман. Со временем вкус Марфы изменился, и к окончанию школы она могла похвастаться вполне хорошими познаниями в литературе.