Гималаи говорят

Три дня мы просто гуляли, но почему-то нам было этого мало. Мы столько удивительного слышали о Бадринатхе, но не увидели там ничего подобного. Казалось, что мы приехали не в священное место, а выбрались на прогулку в горы. Все здесь было устроено на потеху публике. Духовностью и верой торговали на базаре. И это тот самый Бадринатх, о котором говорили великие просветленные? Я не верил, что мы находимся в Бадринатхе. Я испытывал отвращение, разочарование и грусть. На четвертый день мы отправились в Васундхару. На пятый день я послал в окружающее меня пространство мысленные волны, что если поблизости есть какой-нибудь святой человек, путь даст мне знать. Можно сказать, что я бросил вызов всем святым отшельникам, обитающим в Бадринатхе. Что мне оставалось делать? Я был просто вынужден так поступить, потому что не хотел считать, что описание этого места в священных Шастрах и Пуранах совершенно не соответствует действительности. Вставал вопрос о доверии к священным книгам и о моей собственной вере тоже. Я достал из чемоданов один из официальных костюмов Вирендры, надел его и сказал: «Пойдем, Вирендра, посмотрим, действительно ли это место — тайное прибежище святых отшельников или всего лишь символ индуизма, где за бесценок тебе продадут и бога и религию». Некоторое время мы сидели в лавочке Бихари Лала Саха, а потом через базар пошли в сторону долины Нилкантха. Ненадолго остановились в Чаран Падука и пошли дальше по берегу священной Ранги. На дороге было довольно много снега, что причиняло неудобства Вирендре и его жене. Я же привык к тяготам различных дорог и не обращал на это внимания. Мы пересекли речку, вытекающую из ледника и вышли на открытое пространство. Мои друзья устали. Мы присели отдохнуть на ступенях гхата.

Я прошел чуть дальше, и вдруг вся долина огласилась звуками: «Махатман! Капил! Идите туда, на север! Туда, где склоняются Гималаи, чтобы передать свое послание океану. Где Нилкантха гордо возвышается, пытаясь уловить ответ океана». Я остановился и посмотрел в северном направлении. Мимо меня текла священная Ганга. Я увидел внушительную фигуру человека, который стоял на берегу и звал меня. Звуки его голоса оглашали всю долину. У него были длинные волосы, серьги в ушах, из глаз струился неизъяснимый свет. Йог сидел неподвижно с опущенной головой, словно что-то искал. Его волосы с одной стороны свесились до самой земли. Он приветствовал меня тихой улыбкой: «йдите сюда! Здесь вас ждет сама природа. Здесь вас ждет и богиня богатства, Лакшми, и богиня, покровительница искусств. Почему вы не передали свое сообщение самым надежным способом? Вы могли бы передать его воде в священной реке, а из этой воды образуется пар, превращающийся в облака. Облака бегут по небу и передают нам все послания. От океана — к Гималаям, от Гималаев — к океану. Это лучший способ передавать сообщения. Ведь и сегодня священная Ганга по всей стране разносит послания тех, кто обитает в Гималаях. Вы бы могли передать свое послание через священную Гангу, и она бы его нам доставила. Воды священной реки и потоки ваших мыслей дополняют друг друга. Бадринатх находится в Гималаях, а не Гималаи в Бадринатхе. Бадринатх — это просто символ нашей религии и веры, Гималаи — истина нашей жизни.