Анастас Иванович Микоян: человек и политик

Контакты продолжались и позднее, уже после смерти Сталина, когда позиции Микояна в высшем эшелоне государственной власти еще более окрепли[370].

В третий раз Микоян посетил Китай в конце сентября — начале октября 1954 г. в составе советской правительственной делегации для участия в мероприятиях, посвященных 5-летию образования КНР. Кроме него, в Пекин прилетели Н. С. Хрущев, Н. А. Булганин, Е. А. Фурцева и Н. М. Шверник. В ходе этой поездки Микоян от имени СССР подписал с КНР договор об экономическом сотрудничестве.

Постепенно в Президиуме ЦК КПСС он стал (не имея формально никакого специального образования, а только практический опыт, накопленный за многие годы работы) чуть ли не главным специалистом не только по китайским, но и по другим международным делам.

1956 год оставил в истории Советского Союза и Китайской Народной Республики значительный след, напрямую связанный с пересмотром многих устоявшихся ранее концепций развития по пути социализма, сформировавшихся в «сталинский период». В СССР этот процесс был определен решениями XX съезда КПСС, а в КНР — VIII съезда Компартии Китая (КПК). Политический курс самого большого в мире по населению и третьего по территории государства пришлось в срочном порядке корректировать. В первую очередь, в связи с «большими потрясениями» в социалистическом лагере, напрямую связанными с критикой на XX съезде КПСС культа личности И. В. Сталина и серьезным ослаблением, после огласки о произошедшем на советском партийном форуме, привлекательности в мире идей и практики социалистического строительства.

Реализовавшаяся на китайской почве «сталинская» модель социализма, приспособленная к местной специфике, была определяющей, однако ее практическое осуществление вряд ли было невозможно без помощи со стороны СССР. В Пекине пока были не готовы пожертвовать, в угоду амбициям «северного соседа» и «старшего брата», такими базовыми для политической системы КНР основами, как, например, культ личности вождя. Начинать реально, а не декларативно демократизацию общественной жизни в стране также не входило в планы Мао Цзэдуна.

Необходимо было искать разумный компромисс с Москвой по этим и многим другим проблемам. По мнению Мао Цзэдуна и его ближайшего окружения, на сакраментальные вопросы «кто виноват» и «что делать» должна была поступить «подсказка» из Москвы. Желательно, организовать приезд в Пекин (для «разъяснений») высокопоставленного советского руководителя. В Кремле выбор пал на одного из самых авторитетных и опытных — Анастаса Ивановича Микояна, для которого к тому моменту Китай, как мы уже отмечали выше, не был, как для многих его коллег, чем-то неизвестным.