Вознесение [ЛП]

Новая тупая боль начала постепенно глодать мою грудь.

Теперь я ничего не должна была чувствовать. Но чувствовала. Это было приглушённое, смутное ощущение, но с моим сердцем что-то было не то.

Я уставилась на нефилимку, заворожённая ею. Она обладала силой, которой я завидовала и которую не понимала.

— Эмма, — прошептала я.

Почему я вспомнила её имя? Это воспоминание Лилы. Королеве Сева вовсе не надо, чтобы её отвлекали смертные мысли.

Она сделала шаг в мою сторону, её глаза сверкнули.

— Лила?

Моё сердце затрепетало, забилось слишком часто. Это страх?

Я стиснула свою грудь.

— Что-то… не так с моим сердцем, — возвращение в сознание в этом теле шло не так, как планировалось. Я чувствовала себя абсолютно выбитой из колеи. Две секунды назад я хотела убить эту женщину в рамках прославленного возвращения Сеющей Королевы. Теперь я говорила ей, что мне немножко нехорошо, как ребёнок, просящий маму о помощи.

Мне надо взять себя в руки.

В моём сознании промелькнул непрошеный образ Самаэля, ищущего жёлуди в грязи. От видения у меня как будто перехватило дыхание, и я пошатнулась, ухватившись за столбик кровати для равновесия.

Эмма стояла передо мной.

— Твоё сердце болит, Лила, потому что оно разрывается на части. Потому что ты любишь Самаэля. И ты знаешь, что они будут его пытать. Они пытают его прямо сейчас, — её глаза раскрылись шире, когда она снова посмотрела на моё голое тело. — Ты перепихнулась с ним?

Я прислонилась к столбику кровати.

— Ты можешь винить Лилу в его нынешней смертности. Эта маленькая грязная девчонка. Не могла держать при себе руки, даже когда они были связаны, — это был один из невезучих моментов, когда моё сознание всплыло на поверхность. Я задрожала.

— Он сейчас смертный? — Эмма покачала головой. — Свободный Народ убьёт его. И даже если он выживет, он превратится в безумного жнеца. Куда они его забрали?

— Откуда мне знать? Я не имею никакого отношения к смертным и их психотическим повадкам, — это ложь. Я точно знала, куда они его забрали, потому что сама собиралась направиться туда.

Свободный Народ согласился призвать меня лишь в том случае, если я им помогу. И в их распоряжении имелось достаточно магии, чтобы я не хотела им противостоять. Пока что.

Ветер со свистом врывался в разбитое окно, взмётывая мои волосы. Я посмотрела на свои руки, видя, как кожа на глазах исцеляется.

— Видишь? Уже не смертная. Можешь начинать впадать в благоговение.

Эмма всё ещё сверлила меня гневным взглядом.