Вознесение [ЛП]

Я подняла руки над головой.

— Сеющая Королева вернулась! — мой голос эхом отразился от каменных стен.

Но я всё равно жаждала толп.

У Колонны Огня меня будут ждать толпы.

Моя голова то и дело делалась пустой, пока я двигалась в дымке онемения. В моём разуме было холодно; единственным, что отвлекало меня, был тот болезненный трепет в груди. Образы наполнили мою голову: фруктовый пирог; серые невинные глаза, пытающиеся прочесть меня и скрытые тенью капюшона.

Наконец, я добралась до одной из старых каменных улиц, которые вели к Колонне Огня. Пять древних улиц встречались на месте, где стоял монумент. Небольшой холм поднимался за ним к основной части города. Сам монумент пронизывал ночное небо.

Я слегка слышала скандирование, доносившееся изнутри колонны.

Я подошла и дёрнула дверь, которая вела внутрь монумента. Там я обнаружила Самаэля, прикованного к стене. Кровь стекала по его груди.

Перед ним стоял мужчина с ножом. А возле него находилась женщина с бледными волосами, которые покрывали её спину подобно языку пламени. Элис.

— Лила, — сказала она.

В моём разуме вспыхнула злость, и я осознала, что хватаю её за горло и с силой впечатываю в стену.

— Это не моё имя, — прошипела я. — Теперь я Лилит, но ты можешь называть меня Сеющей Королевой, — я позволила ей упасть на каменный пол и повернулась к остальным лицам. Здесь я наконец-то увидела благоговение, которого жаждала.

Я с лёгкой улыбкой повернулась к лестнице, которая по спирали поднималась вверх.

— Мы заключили сделку, не так ли? Вы призвали меня, и вы хотите, чтобы я призвала из земли свою армию потерянных. Где Барон?

— Его здесь нет, — Элис сердито посмотрела на меня. — Довожу до твоего сведения, что Свободный Народ — это великое множество, и в нашем распоряжении имеется Мистериум Либер. Мы призвали тебя. Мы можем захватить контроль над демонами, которых ты поднимешь.

— Это угроза?

Она захлопнула рот.

Я снова глянула на Самаэля, и он смотрел на меня в ответ. Его глаза блестели невинностью. От пронизывающей остроты в моей груди перехватило дыхание.

— Я убью его, — прошептала я. — Через несколько минут.

Выражение его лица было таким скорбным…

Моя грудь так болела, что я толком не могла дышать. Я пошатнулась, заставляя себя пойти к лестнице.

Я не могла позволить, чтобы его красота отвлекла меня. Но пока я поднималась, мой разум то и дело возвращался к непрошеному образу того, как Самаэль ищет жёлуди.

Почему это видение так пронизывало меня? Я ненавидела жёлуди. Лила использовала их, чтобы затолкать меня обратно, когда я начала всплывать на поверхность. Так почему я постоянно думаю о том, как Самаэль их искал? Это было дорого Лиле, не мне. И в данный момент она мне мешала.

Фруктовый пирог, который упомянула Эмма — черника и малина выглядели как маленькие драгоценные камушки и сверкали поверх заварного крема словно величественная корона.