Список моих грехов
- Автор: Герас Татьяна
- Год: 101
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Список моих грехов». Краткое содержание книги:
Госпожа Сандовская смотрит на меня, вскинув удивленно брови.
— И что ты задумала?
— Полагаю, как мне, так и вам с папой будет легче, зная, что я рожу сына от мужчины, который мне действительно понравился! — улыбаюсь зло, всё больше загораясь идеей. — Не хочу видеть в ребенке черты этой хладнокровной сволочи, — цежу сквозь зубы.
Мама хмурится, глядя печально.
— Саш, нельзя винить хищника за то, что он таковой по природе, — произносит она грустно. — Амирей и вправду не худший вариант. Просто не для тебя. Вот Ника была бы счастлива! Ещё и привязать к себе мужчину попыталась бы.
О, это даже не подлежит сомнению! Её повизгиваний и стонов о несправедливости судьбы, мне хватило с лихвой. А от мечтательных рассуждений о том, как мне повезло, просто хотелось ее удавить. Спасибо Виллиану, что избавил от потока глупости — спасло только появление эдейского любовника моей любвеобильной подруги. Полагаю, присутствие породистого эдейца в ее постели, хоть немного примирило Вероничку с несправедливостью мира.
Мама же в это время что-то набирает на своем вирте, слегка поджимая губы, и хмурясь так, что между идеальных бровей появилась складка. Она отрывается от экрана и несколько долгих мгновений смотрит на меня. А потом произносит твердо:
— Я всё устрою, Александра. Так понимаю, что это тот эдеец, что увез тебя от охраны в парке? И который спас мою шилопопую гонщицу от неминуемой смерти от падения с высоты? — ее губы дрогнули в легкой улыбке, а глаза слегка потеплели.
А я покаянно опускаю глаза.
— Следила за мной? — говорю без обиды.
— Всегда, моя девочка, — признается мама. — Но никогда не мешала, пусть и пугала до чертиков своим увлечением. Но ломать тебя не позволила бы никому. И даже Амирею.
Бросаюсь к ней на шею, прижимаясь и чувствуя тепло, и ласку обнимающих рук.
— Спасибо, родная, — шепчу, давя ком в горле.
— Ничего, малышка, когда-нибудь ты сможешь вернуться, уверена. А мы будем ждать… Жаль, этот смелый и дерзкий мальчишка, что так тебе понравился, не сможет быть рядом, — она все же вздыхает печально. — Эдейцы… Что с них взять?
Как же горько, моя прозорливая мамочка, что в этот раз ты ошиблась. Мне не к кому возвращаться.
И эта боль останется со мной навсегда. Мой грех, что даже не попыталась спасти вас, когда из моей семьи решили сделать виноватых.
Просто не смогла бы, удирая зайцем от системы к системе. А взбесившийся от влияния тяжело протекающей беременности организм, совсем сбоил, вконец измученный картинками гибели стольких людей и возможной собственной смерти, что прошла буквально на расстоянии волоска.
Но это было позже.
А пока я чувствовала себя дерзкой и решительной, а главное, имела цель и перла к ней с упорством быка. И, что уж скрывать, предвкушала новый опыт и замирала от трепета перед открывающимся миром чувственных удовольствий, получить которые намеревалась только с одним мужчиной…
Который упорно решил держаться на расстоянии и относиться с должным почтением к таине своего ториди. Исключительно. Но разве меня могло это остановить?
Но тут помог сам Амирей — у судьбы бывают любопытные перипетии.
Глава 21
Во рту пересохло и ужасно хотелось сделать ещё глоток золотистого и терпкого напитка, что сумел не то, чтоб унять мои тревоги, но хотя бы сделать так, что вдыхаемый воздух, перестал казаться ядом. Знаю, что иллюзия, но, наверное, я все же трусиха, хотя раньше и не подозревала за собой такого качества.
Причина сидела напротив. И осознавать, что мне небезразлично, что он обо мне думает, было даже досадно.
Страшно, Сашка? Страшно быть зависимой, да ещё и от того, кого не удается возненавидеть. Повода, по крайней мере, он ещё не давал…
А пока вытягивала из себя прошлое, не приукрашивая и не скрывая. Сложно и горько.
Порадовало, что Дан хотя бы отсел обратно на свое кресло, позволяя чуть меньше ощущать близость, которая давила.
И немного волновала.
Однако, этот невыносимый мужчина ловко убрал бутылку, не иначе как посчитав, что с меня хватит. На что осталось только досадливо покривиться и мысленно обозвать его жадиной.
После такой детской мысли пришлось согласиться: видимо, и вправду хватит.
Отвернулась. Говорить о своих «подвигах», глядя ему в глаза, просто не осталось сил. Но ведь обещала, а слово надо держать. И я рассказывала.