Огонь в итальянском сердце

Он выбегает на улицу вслед за мной. Звук тяжелых шагов за спиной усиливает в разы головную боль. А ещё этот дождь… И хоть он еще совсем слабый, спадающие с неба капли за несколько секунд увлажняют мои волосы. Железная дверь черного выхода кофейни «Каролла» ударяется о кирпичную стену. Только тогда мне становится страшно, только тогда я поворачиваюсь. Маркус приближается стремительно, он хватает меня под локоть, однако мне удается выдернуть руку из его захвата. Я толкаю гору мышц, выросшую передо мной. Этого едва ли хватает, чтобы сделать ему больно и отвадить от себя.

— Не трогай меня. Уходи!

Марк снова пытается поймать мою руку, но я завожу ее назад. Дождь начинает лить сильнее. Капли набегают все чаще и чаще, и Ферраро, глядя на меня, то и дело убирает их со лба. Пустынный переулок освещается светом фар подъезжающего сзади автомобиля. Я знаю, что это приехало такси. Маркус собирается что-то сказать, очевидно, надумал кричать, но за ним раздаются голоса — молодых девчонок, взрослых давно курящих женщин и один мужской, принадлежащий Билли. Последний пробегает по образовавшимся лужам, защищаясь от ливня большой бардовой сумкой, которая очень походит на почтальонскую. Билл останавливается около нас с Марком, настороженно смотрит на него. Ферраро источает столько злости, что это невозможно не заметить. Я даю менеджеру знак, что все в порядке, он может идти. Билл не спешит садиться в свою машину, а Маркус ухудшает обстоятельство, когда, повесив руки вдоль тела и расправив плечи, встает напротив администратора «Кароллы». Он бросает ему вызов. Между ними практически нереально втиснуться, не понимаю, как у меня это получается. Выставив руки в стороны, я аккуратно отталкиваю Билли назад.

— Со мной будет все хорошо, — обещаю ему я. — Пожалуйста, не переживай и поезжай домой.

Он промок с головы до ног. Чего мне точно не хочется — так это того, чтобы наш администратор заболел и загремел в больницу. Раскрыв рот и ловя им струи дождя, Билли решительно настроен возразить. Я пресекаю это его поползновение и указываю рукой на «Ланчию».

— Все будет хорошо. Уезжай. Мы увидимся завтра.

Билли, нехотя и скрепя сердцем, выполняет мою просьбу. Εго ладони сжимаются в кулаки, когда он в последний раз, прежде чем сесть в машину, смотрит на Маркуса. Если бы я не вмешалась, эти двое наверняка бы подрались. Зрительницам, стоящим под козырьком, — работницам кафе — только в радость понаблюдать за впечатляющей сценой. Я оглядываюсь на них, и лишь в ту самую минуту все они решают разойтись. Выбегая под дождь, которого сегодня никто не ждал, они спешат к подъехавшим белым машинам. Рассаживаются в такси и с интересом наблюдают за мной и Марком, пока это еще возможно.

Зрелым женщинам тоже необходима порция драмы в их обыденной, скучной жизни. Машина, куда должна сесть я, по просьбе девчонок пока остается ждать. Но проезд домой нам оплачивает руководство, а у меня нет лишних пятидесяти евро, чтобы задержать водителя еще на какое-то время. К тому же, девочкам тоже необходимо отдохнуть. Могу поспорить, минуты через две-три Альбана поднимет истерику и обяжет таксиста тронуться.