Чеченские лабиринты. Устами журналистов. Книга 1
- Автор: Рябцев Егений Алексеевич, Калинин Михаил Антонович
- Год: 2007
- Язык: русский
- Год: Литфонд
- ISBN: 5-7509-1194-2
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Чеченские лабиринты. Устами журналистов. Книга 1». Краткое содержание книги:
«И поделом, — думал Игорь. — Когда ранят зверя, он становится в десять раз злее. А здесь человеки! Мне стыдно за правителей. Сколько на их совести смертей! Проститутки продажные! Чтобы удержаться у «кормушки», военный геноцид развязали… И ведь не зайдешь к Ельцину и не скажешь: «Мужик, ты скурвился!» Не пустят меня в царские хоромы. Стыдоба! Пора трубить сбор — народное Вече! И гнать в три шеи кровопивцев… Выборы миротворца не сразу залечат раны России, начинать выздоравливать позарез надо… Самая пора сейчас удалить гнойный политический аппендицит…»
Физические язвы зарубцовываются скорее, чем раны, нанесенные душе. Душевные надломы еще долго могут отдаваться эхом в следующих поколениях. Преступно было начинать войну в Чечне, войну в собственной стране, против собственного народа, преступно было проиграть эту преступную бойню. Так, может быть хватит преступлений?
«Страшное дело происходило на глазах, — размышлял Москаленко. — По заявлению Басаева, боевики по пути в Буденновск каждому посту ГАИ платили по 100 долларов. Заранее послали чеченцев-разведчиков, купили у врачей в больнице подвал под склад, завозили потихоньку туда оружие и боеприпасы. А почему кэгебешники проворонили операцию? К великому огорчению, последствия чеченской войны перешли все границы. Любого сегодня спроси — чертыхнется в след: «Дожились! Додемократи-лись!..» «Почему жизнь складывалась так, что не успеешь к счастью дотянуться, как стеной на пути вырастало несчастье? — мучился Игорь. — И куда не ткнешься — лоб расшибешь…» Он понимал, что развязанную в горах войну теперь спустили в русские селения. И значит «маршал» Грачев неслучайно ехидно улыбался по телеку: «Нет, переговоры в Буденновске не помогут, штурмовать надо…»
Штурм рисковый с захватом первого этажа лечебного учреждения состоялся. Правда от корки до корки о нем мы узнали и от журналиста Луизы Гладышевой в очерке «Больница»:
«.. И пошел штурм… По приказу «стрелять!» одного боевика убили и больше двадцати заложников, а сколько еще ранили… Медсестру Изабеллу Беленину убили, электрика Василия Ивановича Щербакова и главного механика Юрия Ивановича Васильева убили. Василий Иванович в первый год Отечественной родился, в нынешнюю войну, кавказскую, погиб. Вот судьба выпала… Доктора Васильева ранили, хирурга Веру Чепурину ранили. Тоже «свои» пули достали их. Медики последнюю операцию делали под сплошным огнем, на полу, в темноте, под отсветы пожара. Полтора часа стояли на коленях над раненными. Спасли. Кто считал, сколько они прооперировали? Надо было делать, и делали…
…Зам. главного врача Петр Костюченко понял, что отвечающим за страну не до них: у крупных политиков большая стратегия, и не мало еще людей положат, прежде, чем чего-то решат и чего-то добьются. У него стратегия другая, — ему надо спасти больницу с заложниками, и для него не имеет значения, что скажут в Галифаксе (туда слинял Ельцин), как оценят эти действия Дудаев, что подумают в России, как чихнет Запад и что будет с ним самим.
— Белый флаг — попросил он. — Кто со мной?
— Я! Я! — Вера Чепурина, хирург, испугалась, что ее опередят. И они пошли. Стрелять продолжали. Они шли, не пригибаясь…
— Петрович, я здесь! — окликнул его стоявший в оцеплении военных главврач «скорой помощи» Глямшин. — Питание детям привезли, действуем дальше.
Но Костюченко не слышал — спешил к машине. Вместе с Чепуриной они поехали в администрацию. С ними был белый флаг, молящий о милосердии.
В администрации заседал специально созданный оперативный штаб. Взглядом врача он заметил, что все устали, осунулись. Глухо сказал: «Басаев требует пресс-конференцию, иностранных журналистов. Если к четырем часам не соберете десять журналистов, он расстреляет пятерых заложников». Сидевшие перед ним молчали.
— Будем искать журналистов? — наконец проговорил Коваленко, глава администрации.
— А чего искать? — встрепенулся Костюченко. — Они там, задержаны постами, только дать команду пропустить — и тут же будут. Людей же расстреляют!
Члены штаба молчали. Костюченко понял, что здесь ничего не решали, решали в Москве, а там про пятерых обреченных не знали! «Звони в Госдуму, звоните Черномырдину, я уговорю Басаева дать нам еще время. — Снова к Басаеву и снова в администрацию.
— Алло! Госдума! Из Буденновска, из больницы зам. главврача Костюченко. Алло, алло! Госдума, слышите? Что?».
— Разъединили! Как разъединили?! — срывающийся голос телефонистки: «Петр Петрович, не соединяется, не соединяется?..» И снова к Басаеву, и снова в штаб. Еще час в запасе, всего один час. Телефон Черномырдина есть только у Ковалева. Он назвал номер телефона. В Москве отвечали, что Виктор Степанович разговаривает с Гайдаром. Вам позвонят.