Французский абсолютизм в первой трети XVII века
- Автор: Люблинская Александра Дмитриевна
- Год: 1965
- Язык: русский
- Год: Наука
- Жанр: История
Электронная книга - «Французский абсолютизм в первой трети XVII века». Краткое содержание книги:
Переходя к «благородному искусству книгопечатания», Монкретьен снова попадает в знакомую сферу — теперь уже как издавший свои труды писатель — и посвящает этому искусству много внимания по причине его большой выгодности и чрезвычайного распространения. Правда, теперь оно имеется во всех странах и поэтому не может давать таких высоких прибылей, как раньше, когда его знали лишь немногие народы, вывозившие за границу свои книги. Кроме того, и спрос ныне не тот: появилось много библиотек, а книги — товар прочный и не изнашиваются, как одежда. И все же при умении и в этом деле можно заработать много денег; пример тому — фламандцы, у которых на прибыль очень тонкий нюх.
Метод извлечения фламандцами высоких прибылей из книгопечатания Монкретьен описывает очень выразительно, и мы приведем его слова, ибо они дают основания судить о разнице между фламандскими и французскими типографиями, а тем самым и об уровне развития французского книгопечатания в ту пору.
Во многих городах Фландрии имеется множество типографий, «где местные бедняки работают за низкую плату и где наборщиков с оплатой в 15 сентов (сент — 1/100 гульдена, — А.Л.) в день заставляют делать больше, чем французы делают за 25. Благодаря такой повышенной выработке (tasche augmentée), они (т. е. книгоиздатели, — А.Л.) продают свои книги почти вдвое дешевле, чем могут сделать наши, и посылают к нам много книг, предназначенных для самого широкого распространения и, следовательно, скорее всего раскупающихся. Этим способом они отнимают у наших печатников и книгопродавцев (по мнению которых, лучшие книги не те, что хорошо напечатаны, а те, что продаются поскорее и повыгоднее) поле деятельности и даже ту ничтожную прибыль, которой они ранее пользовались».[206]
Импорт иностранных книг надо запретить и тем самым поддержать отечественное книгопечатание, в котором занято 50 тысяч человек, тем более что по своему содержанию ввозимые книги способствуют порче нравов и отвращают людей от повиновения законным властям. Привилегии на первоиздания должны даваться не более чем на 4–6 лет; после этого срока все издатели должны пользоваться равными правами при издании и продаже книг. Следует также запретить экспорт французской бумаги и французских шрифтов. Тогда иностранцы вынуждены будут или печатать свои издания во французских типографиях, или же покупать французские книги. Ныне они печатают вредные книги на французской бумаге и французскими шрифтами и торгуют ими во Франции; дело даже дошло до того, что некоторые англичане приобрели во Франции бумажные мельницы и обрабатывают на них английское тряпье.[207]
Итак, ни обилие хорошей бумаги, ни наличие такого ценного оборудования, как типографские шрифты, ни многочисленность типографий и искусных мастеров не спасли французское книгопечатание в начале XVII в. от неспособности конкурировать с фламандским — и притом по чисто экономическим причинам. Дешевизна импортных книг (они стоили почти вдвое дешевле!) в первую очередь определялась более высокой производительностью фламандских типографий с их более дробным разделением труда, в силу чего на многие частичные операции можно было ставить менее квалифицированных или неквалифицированных рабочих с низкой оплатой. Затем фламандские печатники удовлетворяли широкий спрос, книги их (речь идет главным образом о молитвенниках, публицистике и т. п.) выходили большими тиражами и быстро раскупались по причине своей дешевизны и отсутствия цензуры.
Благодаря искусству проживающих во Франции итальянских мастеров-стекольщиков и превосходному качеству сырья в дворянских поместьях процветает изготовление стекол, стеклянной и хрустальной посуды.[208] Эту отрасль надо поощрять и поддерживать дворянскую монополию, не раздавая новых привилегии.[209]
Завершив свой обзор отраслей мануфактурного производства,[210] Монкретьен переходит к выводам, которые надлежит сделать из обрисованного им положения.[211] Необходимость развивать промышленность представляется ему несомненной. Богатство страны основано именно на промышленности, она начало и конец всего (premier vivant et dernier mourant).[212] Государь может быть спокоен лишь в том случае, если все подданные имеют средства к существованию, а дает это промышленность. В противном случае неизбежны опасные народные волнения.
206
Там же, стр. 90, 91.
207
Там же, стр. 91–95.
208
Во Франции дворяне издавна имели право владеть стекольными мастерскими, не теряя своих налоговых привилегий, которые утрачивались при любом другом виде производства.
209
Монкретьен считает эту меру хорошим вознаграждением для тех дворян, которые верно служили королю в гражданских войнах XVI в. Таких дворян-стеколыциков (gentilshommes-verriers) не менее 2500 человек (A. de Montchrétien, ук. соч., стр. 97). Любопытный аргумент в устах мануфактуриста! Он объясняется тем, что таким дворянам можно не давать пенсий.
210
Характерно, что в его перечень не вошли пушечные, пороховые, ковровые и другие мануфактуры, принадлежавшие по большей части к числу государственных предприятий и пользовавшиеся особым вниманием со стороны властей.
211
A. de Montchrétien, ук. соч., стр. 103–128.
212
Там же, стр. 99.