Белый морок. Голубой берег
- Автор: Головченко Иван Харитонович, Мусиенко Алексей Григорьевич
- Серия: Тетралогия о подпольщиках и партизанах #2
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Переводчик: Изида Зиновьевна Новосельцева
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Белый морок. Голубой берег». Краткое содержание книги:
— Непременно побывайте в селе Крымок, — советует Довгаль, — там еще зимой действовала крепкая подпольная организация.
В знак согласия Ксендз кивает головой.
— Все это хорошо, однако на какое время могут растянуться подобные поиски? На месяц, на два? — ни к кому не обращаясь, спрашивает Ляшенко. — А откуда известно, что предполагаемая группа чекистов будет оставаться в этом районе еще месяц? Может, она уйдет отсюда через неделю?
Вопросы Ляшенко повисают без ответа. В самом деле, кто может с уверенностью сказать, до каких пор будет оперировать между Здвижем и Тетеревом та группа? Ясно одно: чекисты пробудут здесь столько, сколько им понадобится для выполнения боевого задания. А какое оно у них? Сколько времени потребуется на его выполнение?
— Слушайте! — внезапно восклицает Заграва. — Кажется, придумал! А что, если ударить по вражеским гарнизонам так, чтобы с них перья полетели! И не откладывая, а прямо с сегодняшнего вечера! Если хорошо за это дело взяться, то за какую-нибудь неделю в междуречье и следа их поганого не останется.
— Ну а дальше что? — это спрашивает Ксендз.
Василь метнул на него презрительный взгляд, ответил его же словами:
— Думать надо, уважаемый! Когда очистим этот район, все подпольщики и партизаны придут к нам сами. И той группе нечего будет таиться, запросто войдем с нею в контакт.
— Слишком уж просто у тебя все получается, — качает головой комиссар.
— А что тут долго мудрить?
Ксендз громко фыркнул и отвернулся.
Заграву так и передернуло. Он оглянулся вокруг в надежде найти поддержку, но тщетно. Артем, насупившись, счищал с сапог грязь; Ляшенко почему-то заинтересовался верхушками сосен: задрав голову, он мечтательно смотрел, как тихонечко раскачиваются под легким ветром, таинственно шепчутся о чем-то их зеленые шапки. Из командиров отделений тоже никто не проявил восторга от предложений Василя.
— Чего ж вы молчите?
Артем устало поднимает голову:
— Разве не ясно? Не подходит такой план. С той группой мы, возможно, и свяжемся, но свой отряд погубим наверняка.
— Почему? Да если мы наладим постоянную связь с Москвой…
— А кто даст гарантии, что та группа прислана именно из Москвы? Это же только мое предположение, — не отрывая взгляда от верхушек сосен, молвил Ляшенко. — А вдруг выяснится, что это местные патриоты?..
— Даже тогда мы не останемся в проигрыше, — не сдается Заграва.
— А о мирном населении ты подумал? — повышает голос Артем. — Неужели после Миколаевщины не представляешь, какую кровавую бойню устроят в междуречье фашисты? Десятки сел уйдут с дымом, реки невинной крови прольются, если мы поднимем такую заваруху.
— Так что же, сидеть сложа руки?
— Брось дурнем прикидываться, Василь! — Артем уже начинал выходить из себя. — Мы прибыли сюда бороться! И мы будем бороться! Но так, чтобы приносить народу пользу, а не кровь и муки. Я за то, чтобы принять план товарища Сосновского. Может, он и не безупречен, но лучшего нам здесь не предложили. Отныне все силы — на установление связей с местными патриотами.
XVI
…Снился Артему Днепр во время половодья. Неудержимый, разгневанный. Берега затерялись вдали, даже горизонт улавливался лишь по темному шву на голубом полотнище неба. Только один раз довелось Артему наяву увидеть таким Славутич — когда прибыл в Кичкас в эшелоне добровольцев на ударную стройку первой пятилетки. И вот через столько лет привиделся во сне ему Днепр, подминающий под себя берега.
И что самое удивительное: он, Артем, неведомо каким путем оказался среди этой разъяренной стихии. Один как перст. Куда ни кинет глаз, всюду бушевала, пенилась, бесновалась мутная ледяная вода. Крутые волны с пенящимися белыми гребнями одна за другой наваливались на него, забивали дыхание, туманили взор. И как он ни барахтался, как ни старался выплыть на спокойные прибрежные плесы, не удавалось: не под силу было состязаться с осатаневшим водоворотом. Ошалевшая стихия забавлялась им, как мелкой иголкой хвои, кружила, вертела, швыряла и стремительно несла в неизвестность. И он все четче и четче осознавал: без посторонней помощи ему не вырваться из этой купели, ибо с каждым мгновением усиливался грозный клекот впереди. То ревели пороги. Словно в предчувствии своей близкой беды, Днепр жаждал отомстить хотя бы одному из тех смельчаков, которые решились накинуть на его могучую шею железобетонный хомут. Артем слышал немало легенд про кровожадность Кодака, Лохани, Дзвинца, а особенно Ненасытца, двенадцатью отвесными скалами пересекавшим реку, поэтому не надеялся проскочить через каменные зубы днепровских порогов. Охваченный отчаяньем, почувствовал, как наливается тяжестью, немеет тело. И отчетливо понял: конец…