Убивают не камни

На лице Зинки мелькнуло что-то похожее на волнение, мелькнуло едва уловимо, но Акламин заметил эту перемену в ней. А еще заметил, как руки Зинки у нее на коленях чуть дрогнули и сдвинулись с места, а пальцы левой руки потерли джинсы.

Зинка напряглась. Неужели взяли Коромысло? В Судоркине она была уверена. Тот — кремень. Того не расколют. Тот сдаст ее лишь в одном случае, если узнает, что она продалась Крысе. А вот на Коромысло Зинка положиться не могла. Он как разухабист, так и трусоват. И потом, с ним у нее не было ни одной крепкой сцепки, ни в одном серьезном деле. В деле с Крысой он был просто приложением, а не подельником. Так что от него Зинка могла ждать всякой пакости в свой адрес. Конечно, хорошо он ее не знал, но в последних событиях мог разложить по косточкам. Самцы поганые. На них вообще полагаться ни в чем нельзя. Единицы заслуживают уважения.

Жизнь приучила ее ни на кого не надеяться. Веря в крепость Судоркина, она и на него не надеялась до конца, ибо она даже на себя последнее время перестала надеяться. С такой легкостью продала Вольдемара Крысе, что сама удивлялась этому. Объясняла себе только тем, что сумела быстро и правильно сориентироваться и отреагировать, чтобы самой не оказаться зарытой в землю.

В чем-то она была, конечно, права. Но главное все же было не в ее реакции. Просто она не сомневалась, что таким же образом поступил бы любой на ее месте, ведь собственная шкура всегда ближе и дороже.

Она смотрела на Акламина с неприязнью. Этот опер своими подходцами умеет вытягивать жилы. На вопрос Аристарха пожала плечами:

— А зачем мне думать о Коромысле?

— Можешь о нем не думать. Но вот вспомнить о том, как ты уговорила Вольдемара устроить покушение на Шехову, придется.

— Врет все Коромысло! — резко отреагировала Зинка, задвигавшись на стуле.

Аристарх спокойно переждал ее вспышку:

— И как Вольдемар поручил тебе встретиться с Крысой в бильярдном клубе «Красный шар», где вместе с тобой был Коромысло, тоже придется вспомнить.

— Не знаю я никакую крысу! — глянула исподлобья Зинка. В этот момент, напрягая мозги, она костерила Коромысло последними словами. Развязал язык, сучий хвост, заложил по самое «некуда». Надо было теперь придумывать, как выкарабкиваться из всего этого навоза.

Ясно, что Коромысло спасает себя, а потому будет топить всех. Извилины ее мозга закручивались в спираль, пытаясь отыскать путь защиты. Если станет наотрез отрицать, то может оказаться полной дурой, потому что Коромысло уже разложил все по полочкам. Но и вешать на себя ничего не собиралась.

И вдруг пробила мысль. Все валить на Вольдемара. Его дни однозначно сочтены, женское чутье редко подводило. Крыса не станет цацкаться с Вольдемаром. Безусловно, он уже решил поставить на нем крест.

И Зинка стала говорить, переводя все стрелки на Судоркина. О встрече с Крысой врала напропалую.

Акламин интуитивно чувствовал фальшь в ее словах, уж слишком быстро она сломалась и бойко стала тарабанить. При этом выгораживала себя полностью. И он решил рискнуть, взять ее на пушку.