Настольная памятка по редактированию замужних женщин и книг
- Автор: Шапко Владимир Макарович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Настольная памятка по редактированию замужних женщин и книг». Краткое содержание книги:
Журнал «Волга» (2021 год)
— И что же, никого там стоящего нет? — уже пришёл в себя Яшумов.
— Почему же. Наверняка есть и настоящие писатели. Но их единицы. И они потонули в этой серой массе. И их никто не знает.
На улице Плоткин всё не мог успокоиться, забыть про «этот портал»:
— Признаюсь, Глеб Владимирович, я тоже был там. (Яшумов удивился.) Да, каюсь, был. С повестью и двумя рассказами. Конечно, читателей — кот наплакал. И ни одного отзыва. Тогда я сам начал громить графоманов. Писать короткие рецензии на особо захваленных. Так сказать, начал разоблачать голых королей. Меня терпели недолго. Забанили мою страничку. Как страничку опасного террориста. Взбаламутившего болото. Вот такой мой горький опыт. Забанили, заткнули рот. А, Глеб Владимирович? Не дали развернуться, а? — уже смеялся кучерявый террорист.
В редакции — сразу Савостина увидели. Лёгок на помине! Плоткин тут же подлетел к нему и громко спросил, надеясь на спектакль для всех:
— Виталий Иванович, вы знаете про всемирно известный портал…. (Портал был назван).
— Ну знаю. И что?
— Так почему ваших произведений нет на нём?
— Ещё чего! Среди графоманов-то? В эту кучу дерьма? Я печатаюсь во всемирно известной библиотеке. Этого. Как его? Горшкова. У меня там 10 тысяч скачиваний! Моего Артура читает народ! А вы никак не можете с ним управиться. (Расправиться, наверное?)
Плоткин затряс автору руку:
— Молодец, Виталий Иванович! Просто молодец! Так держать!
Автор, встряхиваемый редактором — сердито смущался:
— Да ладно. Чего уж теперь. Раз народ признал. Давайте, работайте. Гоните Артура в народ.
Сотрудники отворачивались, прятали смех. Один верстальщик Колобов откровенно безнаказанно смеялся. Колотился прямо в кресле.
Но что там Колобов какой-то. Что он понимает? Народ признал!
2
Плоткин в воскресенье с утра решил соответствовать встрече. Поэтому надел и явился к Зиновьевой и Ярику в модных джинсах. С дырами на коленях. Как будто собаки рвали человека, а он еле отбился.
— Ну, вот и я. Как вы, мои дорогие? Готовы?
Сегодня своих дорогих Плоткин решил поразить. Намерен был повести в музей. В Музей печати. Ярик запрыгал, хотя и не представлял, что это такое. Однако Зиновьева даже пропустила мимо слово «музей» — во все глаза смотрела на голые коленки любимого.
Уже хмурилась, сердилась. Ей что, тоже закосить под джинсу. Какую-нибудь джинсовку надеть с цепями, с колоколами?
— Ну и зачем ты вырядился так? А?
— Но позволь! Ты же тоже будешь по-молодёжному — в кофточке с плечом?
— Да кто тебе это сказал! Господи! — говорила уже из спальни Зиновьева. Где из противоречия какого-то надевала свой самый строгий женский костюм. Костюм переводчицы, секретаря, менеджера среднего звена корпорации.
В Музее печати Плоткин несколько смущался своего вида, но кое-где ходили такие же оборванцы, и парни, и девицы, и Плоткин успокоился — он в бренде.
Зиновьева с сумочкой и в строгом своём костюме всё время стремилась как-то в сторону от оборванного. Помимо воли. И Ярика за собой тащила. Но джинсовый догонял и направлял, куда нужно. К нужному экспонату. Чёрт знает что! — спотыкалась женщина на высоких каблуках.
В довольно большом зале с четырьмя окнами ничего не могла понять среди старинных расставленных чугунных монстров. В виде паровозов и железных высоких арф. Ярик всё время кидался к гильотинному ножу для обрезки книг. Пытался орудовать им. Приходилось уводить и тихо внушать.
Наконец вышла экскурсовод с белым бейджем на кофте. Посетители сразу окружили её. И оборванцы, и нормальные люди. Экскурсовод останавливалась у какого-нибудь станка и рассказывала его историю, как и положено, показывая указкой на железные детали. Ярик притих. И даже оборванец рядом потупился.