Электронная книга - «Невинность в расплату». Краткое содержание книги:
— Да. Моего лица и тела никогда не касался мужчина. Я готова расплатиться за ее предательство.
— Ты понимаешь, что это значит, Мария? Ты будешь никем. Даже не наложницей. Ниже, чем рабыней. Ты никогда не выйдешь замуж. Не родишь детей. У тебя никогда. Не будет. Ничего своего. И. Если. Мне не понравится. Я просто вышвырну тебя отсюда. И твоя семья никогда не примет тебя обратно.
— Я знаю.
Но лишь делаю шаг вперед. Позволяя тонкому халату лужицей упасть у моих ног. Шаг в пропасть.
Ведь теперь только от меня зависит жизнь всей моей семьи.
Трясу головой. Не понимаю, к чему весь этот бред!
— Он же никого. Никогда. Кроме вас не подпускал к себе! Да и не дело для женщины на коней запрыгивать! Я подумать не могла! Я… Я… Бадрид! Я же с детства тебя выхаживала! Пощади! Пощади меня, старую! И так столько всего отнял!
Только теперь замечаю, что в руках у меня ствол.
И тушу Гедеона. Уже не дергающуюся. Распростертую рядом с Мари. В паре метров.
Опускаю глаза вниз, как ненормальный.
Он же… Он же не машина. Он… Друг… Это больше! Больше того, что можно передать словами!
Ветер, что в ушах гудит.
Тот, с кем сливаешься в одно. В целое. На чувствах. На ощущениях. Без всяких слов.
Разве с кем-то такое еще когда-то в жизни бывает?
Но он. Он сбросил ее! Сбросил, и теперь она лежит передо мной бездыханная!
Этого я не прощу даже части себя!
Руку свою, легкие, плоть, если бы так с Мари… Из себя бы вырвал! Сто раз бы убил. Простелил. До мяса бы надорвал!
Но даже не понял. Не заметил. Это была реакция, которую не удержать!
Не видел в нем того, с кем сливался! С кем носился по полям!
Только одно чувствовал. Врага. Врага, что уничтожил мою…
Мою кого!?
Мою ее!!!
Мою, мать вашу!
Мою хрупкую. Нежную.
Такую, к которой и прикасаешься с трепетом.
Едва-едва проводишь пальцами по коже, а уже печет.
Уже горит.
И дергает, И понимаешь, что прикасаешься к ней, как….
К богине!
Потому что она недостижима. Та, которую можешь видеть только в снах! Без права прикоснуться. И ты слишком мелок для того, чтобы такой владеть!
Вся мишура внешнего сбрасывается вмиг.
Разносится тупыми рваными ошметками, разрываясь в клочья.
Она. Она. Единственный смысл. Единственный воздух, который способен завести тот мотор, что под ребрами! Ни хрена не для того, чтобы просто качать кровью. Поддерживать жизнедеятельность. Да и разве это жизнь, без нее! Разве я прежде знал, что это значит, быть живым? Дышать воздухом? На полную грудь?
Нееееет!
Это не жизнь! Это бред и галлюцинация, вот что это было! То, за что я хватался, как тот, кто без кислорода пытается жадно глотнуть воздух!
Это херня.
Сила. Сила, но блядь, неживая! Мертвая! И ради чего?
Бабок? Власти? Статуса и репутации?
Но и они. Такие же неживые. Такие же мертвые!
Только сейчас. Только сейчас вижу. Ясно понимаю. Так ясно, что режет глаза. Как безумно яркий свет в полумраке.
Мы же не живем! Мы же как в склепе. Покойники, что решают такие же покойничьи мертвые дела.
А она…
Она единственная живая! Настоящая! С одного взгляда ее, эту жизнь, настоящую, истинную во мне пробудила!
И, мать вашу, да! Да и тысячу раз!
Это больнее, чем удары, которыми меня Верминский колошматил.
Это, блядь, в сто раз хуже, чем та гребанная пустыня, из которой надо было выбраться!
Это чувства. То, что с детства привык в себе вытравливать.
Иначе сломаешься. Дашь слабину. Сдохнешь.
Но, блядь, это единственное, что способно заставить чувствовать себя живым!
— Прости меня, — едва выдыхаю, падая лбом на ее бледный лоб.
— Прости, любимая. Слишком долго. Слишком долго я дрался с призраками, которые ничего не стоили! Слишком долго не понимал, что ломаю годами наработанное, что считал благом! И что ничего не стоило!
— Бадрид…
— Уйди, Ирма. Просто уйди.
Опускаю пистолет.
Да. В этой ярости я готов был пристрелить не только Гедеона. Всех. Каждого. Кто видел. Кто мог. Но ни хера не удержал!
Но только я. Только я виновен во всем по-настоящему!
И теперь. Когда ее локоны разметались по земле, а лицо покрылось смертельно бледной коркой, я никого. Никого не прощу! И больше всего самого себя!
— Мари!
Единственное, что рвется хрипом из глотки.
Если ты меня слышишь. Если ты и правда любила. Тем, истинным чувством, которое пожирает меня изнутри. Плавит и выкручивает конечности. Тогда ты знаешь. Ты знаешь! Ничего нет сильнее этого яда! Этого безумия! Оно выше. Оно сильнее смерти. Сильнее, мать твою, всего, что есть на этом поганом свете!
И тогда ты меня слышишь! Даже если перешла за грань! Слышишь! Потому что иначе невозможно! Слышишь и вернешься!
Потому что все. Все вокруг ненастоящее! Кроме единственного. Того, что только и может сделать нас обоих живыми!
— Маааааарииииииии!