Формула Бога. ч.2 Восхождение (СИ)
- Автор: Яньшин Юрий Витальевич
- Язык: русский
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Формула Бога. ч.2 Восхождение (СИ)». Краткое содержание книги:
- Простите меня еще раз великодушно, - рассыпался в извинениях полковник. – Я не имел чести быть лично с вами знакомым. Меня зовут Захария.
- Захария?! – вопросительно выгнул бровь старик. – Это не тот ли Захария о котором кричат второй день все газеты Рая? Кавалер. И полковник, кажется? Простите, я плохо разбираюсь в воинских званиях.
- Скорее всего я, - просто и не чинясь ответил тот.
- Я польщен вашим вниманием, - отстраненно и без всяких интонаций в голосе проговорил пожилой райанец носивший имя Лев Николаевич. – Но право слово, нахожусь в легком недоумении от подобного внимания к моей скромной персоне со стороны такой знаменитости.
- Прошу не сердиться на меня за вторжение в ваше личное пространство, - опять начал расшаркиваться он перед седовласым, - но я сам искал и не находил удобного повода, чтобы встретиться с вами, и вот повод сам нашел вас.
- Вот как?! – немного смягчился суровый старик. – Что ж, раз уж от повода мне никак не отвертеться, то милости прошу, присаживайтесь.
- Извините еще раз, так получилось, что я не один, а со спутницей…
- Ну так зовите ее сюда, места хватит всем - уже без тени былой сухости заявил он.
- Эээ… - нерешительно замялся Захария, - мы пришли сюда немного раньше вас и у нас уже все заказано. Может, вы согласитесь сесть к нам? Поверьте, это будет для нас большой честью.
- Право даже не знаю, молодой человек, вы ставите меня в неловкое положение, - задумчиво произнес он. – Удобно ли? А хозяин не обидится?
- Эзоп?! Да, что вы?! Наоборот. Уплотнившись, мы только освободим место для новых посетителей, которые, по-моему, уже начинают собираться, - с пылом опроверг он опасения собеседника.
- Да. Это, пожалуй, существенный аргумент, - не стал тот артачиться и поднялся со своего места.
Подведя пожилого мужчину к своему столику, он представил его, поднявшейся навстречу Ирии:
- Ирия, познакомься, это Лев Николаевич Гумилев – выдающийся русский ученый-историк, писатель, этнограф и археолог…
- И автор пассионарной теории этногенеза, - закончила за него юная спутница, смущенно улыбаясь.
- О-о-о! Я и не знал, что могу быть известным среди молодых, да еще таких прехорошеньких девушек! – воскликнул он, чем еще больше смутил ее. – Никогда не думал, что молодежь может интересовать подобная проблема?!
- Напрасно вы так плохо думаете о молодежи, - покачала она головой, не соглашаясь с ним. – Я сейчас на… в общем мы на своих занятиях весьма подробно знакомимся с вашими трудами мэтр.
- Мэтр?! Мне кажется или это дух Сорбонны? – рассмеялся он уже совсем по-доброму.
- Нет! – так же засмеялась она ему в ответ. – Всего лишь курс вольных слушателей при Академии Ангельского Воинства.
Боясь, как бы слишком эмансипированная девица вновь не перехватила его инициативу, Захария, решил на этот раз не упускать инициативу разговора из своих рук.
- Лев Николаевич, обратился он к нему, - у меня к вам очень серьезное дело. Я всегда очень внимательно относился к вашим работам, особенно к тем, что имеют отношение к обществоведению. И должен вам сказать, что целиком и полностью разделяю ваши взгляды на историю и развитие сообществ этносов и их связей внутренних и внешних. Наверно я не ошибусь, если скажу, что вы первый кто поднял проблему зарождения, развития и гибели суперэтносов. Эта тема была актуальна там, на Земле, но как видите, с течением времени, она стала актуальна и здесь. Райографы уже лет сорок, как начали бить тревогу по этому поводу. Да вы и сами могли в этом убедиться по тому, как освещается эта тема в наших средствах массовой информации…
- Да, вы правы молодой чел… ой, простите меня великодушно, я тут без малого двадцать лет, а все никак не привыкну к моложавому виду аборигенов, - добродушно улыбаясь своим «бульдожьим» лицом, ответил пожилой ученый, - в свое время, находясь там, на Земле, я получил немало шишек на свою голову за теории о цикличности развития и пассинарности суперэтносов. К моменту моей кончины она имела вполне заслуженную репутацию еретического учения, чуть ли не прообразом расовой сегрегации. Да и тут, как я уже убедился, вокруг нее ломаются копья.
- Ну, что говоря до нашего с вами сектора, то здесь все более или менее ясно. Неприятие она вызывает только в Европейском Секторе, где ее обвиняют в лженаучности…
- Из-за апелляции к национальному духу! – выпалила Ирия, но тут же умолкла под насупленным взглядом своего спутника.
- Да, Ирия, именно из-за этого. И никакие диспуты и общественные слушания не могут переубедить наших оппонентов в этом, - печально согласился Гумилев. – Они почему-то дружно решили, что моя теория противоречит духу интернационализма райского общества, вносит в него раскол и ставит одни нации превыше других.
- Они все дураки! – безаппеляционно заявила Ирия, не обращая внимания на строгие покашливания Захарии. – Да! Дураки! Потому что никак не могут понять, что именно наша планета и есть подтверждение вашей теории о суперэтносе, порожденным неким толчком извне, хотя прекрасно догадываются, чей это был толчок и откуда. И существование нашего Рая опровергают их аргументы о жизни и смерти этносов в рамках полутора тысячи лет. Эта их теория была неверна там, потому что существование таких стран как Китай ее поностью опровергало и неверна здесь по вышеозначенной причине. Что же касается так называемых «космических лучей»…
При упоминании этого термина старик немного ссутулился.
- …то дендрохронология, на которую так любили ссылаться Лурье и Янов сама относится к наукам, мягко говоря, не совсем точным, - закончила она на торжествующей ноте.
В пылу диалога никто из них не заметил, что Эзоп уже давно стоит рядом с новой порцией разномастных кувшинчиков, не решаясь помешать научной дискуссии. Наконец, дождавшись, когда юная амазонка наберет в грудь побольше воздуха для следующей обличительной порции своих высказываний, он решил воспользоваться моментом, чтобы выставить на стол свою ношу и тихонько присоединиться к беседующим. Гумилев был постоянным клиентом в «Бочке», поэтому Эзоп и без расспросов знал его вкусы и норму, сразу принеся ему кирикантийское.
- С «космическими лучами», признаюсь, я возможно и перегнул слегка, - чуть смущенно проговорил ученый этнограф, вертя в руках пустой кувшинчик, который услужливый ресторатор не преминул тут же наполнить, - однако, даже земная современная наука не отрицает некоей связи между годами «активного» Солнца и брожением умов в обществе.