Друзья и недруги. Том 2

Огонь в очаге прянул в ее сторону, и лицо Эллен овеяла волна теплого дуновения, словно кто-то и вправду ласково провел ладонью по ее щеке, вытирая слезы.

– Но ведь ты сейчас не одна, Нелли. Тебе не должно быть ни одиноко, ни тоскливо, пока ты заботишься о нем. Я помогу тебе, когда в моей помощи вновь появится необходимость.

– Почему ты беспокоишься о нем?! – воскликнула Эллен. – После того что сделал Гай Гисборн при его участии, почему тебя волнует его жизнь?

Ответа не последовало. Огонь в очаге горел ровно, и Эллен, ложась в постель, устало подумала, что она сейчас мало чем отличается от Джеффри. Тот бредит в горячке, она наяву. Еще один такой день – и она начнет разговаривать со всеми, кто погиб, как это делал вчера и сегодня Джеффри.

Утром жар не усилился, Джеффри продолжал спать, и Эллен, заставив его сквозь сон проглотить новую порцию макового настоя, осмотрела израненный бок. Кровь все еще проступала вместе с гноем, но кожа по краям ран утратила красно-синюшный оттенок, так сильно тревоживший Эллен. Закончив перевязывать бок, она осторожно, чтобы не причинить Джеффри боль, сняла повязку с его головы и тщательным образом осмотрела раны, оставленные медвежьими когтями на лице. К ее огромному облегчению, хотя бы эти раны начали подживать. Они не кровоточили, а главное, не гноились. Можно было даже не накладывать новую повязку, а обойтись компрессами с лекарственной мазью, если бы только быть уверенной, что Джеффри в забытьи вновь не станет метаться по постели. Подтверждая опасения Эллен, он с негромким стоном резко повернул голову набок, открыв неповрежденную сторону лица.

Солнечный свет упал на него – и Эллен невольно отпрянула. Странно! Она точно помнила, что у него серые, а не темно-ореховые глаза, как у Гисборна, видела, что волосы много светлее, и все же ей почудилось в лице Джеффри едва уловимое сходство с сэром Гаем – в рисунке скул и подбородка, разрезе глаз и очерке рта, хотя и не такого тонкогубого, как у Гисборна. Впрочем, тот попросту поджимал губы, словно был всем недоволен и осуждал все, что видел вокруг себя.

Солнце зашло за облако, свет погас, и сходство Джеффри с Гисборном исчезло. Эллен подумала, что, возможно, его и не было. Просто за много лет командир дружины Гисборна едва ли не стал олицетворением своего господина, вот ей и привиделись ненавистные черты.

День прошел спокойнее, а ночью Эллен смогла поспать почти до самого утра, лишь изредка просыпаясь, чтобы проведать Джеффри и убедиться, что ему не сделалось хуже. Следующий день стал зеркальным отражением предыдущего. Джеффри оставался в забытьи, но жар был умеренный, и раны на боку выглядели много лучше. А на другой день неожиданно приехал Джон.

Завидев издали его могучую фигуру и густую шапку белокурых волос, Эллен ахнула от счастья. Раскинув руки, она бросилась ему навстречу. Смеясь, Джон подхватил ее в объятия, и Эллен, повиснув у него на шее, даже взвизгнула от избытка чувств.