Грандиозная история музыки XX века

Еще в середине 70-х панк в Нью-Йорке был весьма локальным течением; вокалистка Blondie Дебби Харри вспоминает, что когда в 1975 году был организован фэнзин Punk и участники его редколлегии Джон Холмстром и Легз Макнил принялись расклеивать листки, на которых было написано: «Панк идет!», все подумали: «Ну вот, очередная дерьмовая группа с еще более дерьмовым названием»[481]. В первом номере журнала, вышедшем в 1976 год, в редакционной колонке (написанной Холмстромом) сообщалось: «Убей себя. Прыгни с гребаной скалы. Расцарапай голову ногтями. Стань роботом и иди работать в Диснейленд. Передознись. Все что угодно. Только не слушай дискодерьмо. Я видел, как эта консервированная дрянь превращает людей в собак! И наоборот. Диско – это воплощение всего дурного, что случилось с западной цивилизацией. Займись самообразованием. Врубись. Читай „Панк“»[482]. Далее шло интервью с Лу Ридом с подзаголовком «Эксклюзивное интервью с уличным панком, ставшим художником»; Холмстром говорил, что именно оно обусловило популярность журнала[483]: лишь с этого момента слово «панк» стало прочно ассоциироваться с субкультурой, выросшей вокруг музыкальной сцены CBGB.

В клубе начинали многие впоследствии ставшие известными исполнители и коллективы, чья музыка ныне весьма мало ассоциируется с панком, – Blondie, Патти Смит, те же Talking Heads. Участники последней были студентами художественных колледжей; Патти Смит обучалась живописи и актерскому мастерству и считала себя в первую очередь поэтессой[484]. В принципе, панк рисковал повторить судьбу многих музыкальных субкультур, герои которых, несмотря на образ представителей низовых страт, чаще всего были фрондирующими студентами и интеллектуалами с подобающей склонностью к усложнению музыкального языка. Британский музыкант Крис Миллер говорил в 1976 году: «… все нью-йоркская сцена вращалась вокруг живописи и поэзии, типа Аллена Гинзберга»[485]. Тем, что этого не произошло, мы во многом обязаны группе, которую считают первым подлинным панк-коллективом, – Ramones.

Музыка Ramones, особенно в начале их карьеры, представляет собой агрессивный, «грязно» звучащий, сведенный к минимуму элементов рок-н-ролл: довольно часто можно встретить мнение, что подобное звучание было результатом не какого-то стратегического замысла, а элементарного неумения сколько-нибудь хорошо играть[486]. Так это или нет, в настоящий момент неважно: «непрофессионализм» на панк-сцене со временем стал своего рода критерием аутентичности, отличающим настоящие группы от «продавшихся» и, как следствие, выучившихся играть[487], и Ramones во многом поспособствовали становлению данного идеологического тропа; недаром участники группы в интервью и книгах довольно активно поддерживали представление о себе как о весьма слабых музыкантах[488]. Коллектив состоял из соседей по району Форест-хиллз; все они, начав играть вместе, взяли себе псевдонимы, содержавшие фамилию «Рамон»: Джои Рамон, Джонни Рамон etc. (присоединявшиеся к группе впоследствии музыканты также брали себе сходные псевдонимы). Традиционно считается, что Ди Ди Рамон, первым придумавший себе прозвище, а затем убедивший остальных сделать то же самое, вдохновлялся одним из вымышленных имен Пола Маккартни «Пол Рамон», под которым тот регистрировался в гостиницах, но Томми Рамон утверждал позже, что они выбрали этот «семейный» способ репрезентации, потому что он был похож на название пуэрториканской уличной банды: «Это звучало жестко, – говорил он, – и в то же время нелепо. Абсурдно, но опасно»[489]. Последняя фраза выглядит как настоящее кредо панка.