Таль: Верить в себя

— Райн, а можно я тебя потрогаю?

Вампир утвердительно кивнул.

На ощупь броня оказалась похожа не на хитин, а скорее на шкуру крокодила, только более ровную. Попытка выяснить, насколько плотно все примыкает и на чем крепится, закончилась тем, что вампир шевельнулся, и я, вскрикнув, сунула прищемленный палец в рот.

Объект моих исследований как мог изобразил раскаянье, наклонив голову и грустно свесив крылья. Пришлось его успокаивать.

Следующим, на что я обратила внимание, были уши, точнее их отсутствие в привычном нам смысле. По бокам головы имелись две толстые мембраны, обрамленные еще одним костяным наростом, почти плоским и прерывающимся в нескольких местах.

Я обошла вампира и поразилась величине сложенных за спиной крыльев. Широкие кости, на вид довольно массивные, подвижно крепились к спине, покрытой в центре грубой чешуей. Они заканчивались выше головы толстым ороговевшим суставом, из которого выходили множество более тонких лучевых костей, соединенных кожистой перепонкой. Последняя кость была дугообразной и тоже довольно широкой, но не такой массивной, как в основании крыльев. По нижнему краю крыльев, свисавших почти до пола, шел ряд жестких прямых шипов на кончике каждой лучевой кости. Небольшие твердые шипы также имелись на локтях и пятках. Я осторожно прикоснулась к перепонке. Упругостью она напоминала качественную, хотя и не особо толстую резину, но пальцы по ней скользили естественно, не задерживаясь.

— Райн, а ты можешь крылья расправить?

Вампир сделал шаг вперед, чтобы меня не зацепить и распахнул два огромных крыла, напоминавших в таком состоянии воздушных змеев. Перепонка натянулась и на ней стали видны более темные прожилки, как на листьях растений. Я снова заворожено провела ладонью по перепонке, задумчиво проследила пальцем за рисунком прожилок. Крылья задрожали натягиваясь еще сильнее.

— Ты что, и в ипостаси щекотки боишься? — со смехом предположила я, не рассчитывая на ответ.

Вампир сделал несколько шагов вперед, складывая крылья, и снова подернулся рябью. Приняв свой обычный облик, он уселся в кресло и, обхватив ладонями голову, локтями уперся в колени.

— Райн, что с тобой? Я что-то не то сказала?

Он развернул голову ко мне, но, похоже, меня при этом не видел. Взгляд был блуждающим, а сам он выглядел растерянным и подавленным.

— Прости меня, пожалуйста. Я не хотела тебя обижать. — Я не понимала, что пошло не так, но все равно было жаль, что довела его до такого состояния.

— Тебе не за что извиняться, — покачал головой Райнкард. — Просто я только сейчас осознал, насколько вампиры всегда были чужды даже друг другу, не говоря уж о других расах. Знаешь сколько мне лет?

— Нет. Ты же так и не признался, — напомнила я. — Сказал только, что много, и скоро будешь древним.