Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— Отважный человек! — поразилась я.

— Не совсем так, — возразил Тот Пан. — Я сам ему рассказал о гибели сестры коллекционера, о похищении и о том, что ни один человек так и не видел пропавшей коллекции. А он тут же и сообщил, что видел. Спросил только, когда именно сестра коллекционера была убита.

Представьте, какое совпадение: в этот день пану Гулемскому делали операцию в больнице, удаляли аппендикс. Именно в тот день, когда произошло убийство, в десять утра ему сделали операцию, и он ещё лежал под наркозом. Так что он никак не мог оказаться в числе подозреваемых.

— А почему же раньше он об этом не говорил?

— Знаете, как бывает? Не хотел нарушить слово, данное владельцу коллекции. Пан Фялковский просил никому не говорить. Его коллекция выглядела довольно скромно, не очень симпатично, монеты не были разложены по дорогостоящим контейнерам, так что хозяин надеялся, что его сокровища не привлекут внимания обычных воришек, если не разойдётся молва о ценности собрания. Вот пан Гулемский и молчал, раз пообещал коллеге, да и теперь рассказал далеко не всем, мне да ещё двум-трём доверенным лицам. И брактеат Яксы был в той коллекции, пан Гулемский его видел собственными глазами.

Я вообще перестала что-либо понимать.

— Минутку, раз брактеат Яксы был, значит, он есть, а пан сказал, что его нет.

— Потому что нет.

— Но ведь был?

— Был. А теперь нету Нам помешала подошедшая официантка.

Я с разбегу чуть было не заказала пиво, да вспомнила, что за рулём, и заказала чашечку кофе. Тот Пан мог себе позволить пиво.

— А теперь, пожалуйста, расскажите как-нибудь попонятнее, — попросила я собеседника. — Что это значит — был и теперь нету? Откуда известно, что был? Откуда известно, что теперь нет?

— Из спецификации известно. В ней ведь все о монетах написано. Спецификация отыскалась, у пана Гулемского оказалась копия, но в ней брактеат отсутствует. А теперь и оригинал спецификации тоже нашёлся, и в нем тоже нет брактеата.

— Откуда появился оригинал? У кого он?

— А вот этого я не знаю. Пан Гулемский видел и мне сказал. А с паном Гулемским я только вчера говорил. Но знаете, головой бы я за брактеат не поручился.

Я тоже. Раз это такая непостоянная монета, я бы тоже не стала ручаться за неё. А вот фамилия Гулемский мне знакома. Слышала я её, да только вспомнить не могу где. Сидела, кофе отпивала по глоточку и старалась вспомнить. Езус-Мария, ну что за память! Старею, видно. Ведь это болеславецкие глины меня спрашивали, не знаю ли я некоего пана Гулемского. Да-да, именно они, ещё и имя называли: Пётр. Не знаю ли, дескать, я такого. Выходит, они его с самого начала подозревали?

— Минуточку, дайте мне подумать, — нервничала я. — Пан Гулемский рассматривал коллекцию покойного Фялковского и видел в ней брактеат Яксы из Копаницы. Но в списке брактеата не было. Может, Фялковский тогда только что его раздобыл и ещё не успел занести в свою спецификацию?