Колдовской замок. Часть VII. Исход

К полудню Берёзка загрустила. Причина её грусти была очевидна – девушка то и дело поглаживала живот, который отчаянно урчал. Вот тут-то и начались сложности. Ни яблоки, ни морковка, ни огурцы, ни даже шикарные апельсины, не вызвали у дриады ничего похожего на аппетит. Наоборот, она приходила в ужас от каждого предложения, как, наверное, пришёл бы в ужас человек цивилизованный, которому, не шутя, предложили бы отведать блюдо из ближнего своего.

Выяснив, что в своих древесных чертогах Берёзка питалась только соком, Фоллиана обратилась за помощью к Фигу, и тот посоветовал для начала напоить дриаду водой. Это действительно сработало, но по словам того же Фига не могло полностью заменить еду.

– Человеческие инстинкты должны, наконец, проснуться! – уверенно заявил всё знающий Фиглориус. – Но лучше, если это произойдёт поскорее, а то у неё не будет сил ноги носить.

Следующую ночь все снова провели попарно – Фиг ушёл спать на конюшню под бок к Быку, Фоллиана заботливо укрывала и гладила по головке хныкавшую во сне Берёзку, а из спальни Драси и Анджелики раздалась первая настоящая песня любви. Но утром забота о том, как накормить дриаду коснулась всех.

– Бедная травка!

Берёзку нельзя было обвинить в отсутствии логики. Наверное, на всех присутствующих точно так же подействовало бы блюдо из свеже нарезанных человеческих пальцев.

– Похоже, ей больше подошла бы мясная пища! – заметил Фиг, глядя, как Фоллиана уводит от стола подругу, которая снова взялась за своё.

– И не только ей одной, – пожала плечами Анджелика. – Но где же её взять?

– Дождь утих, – сказал Драся, посмотрев в окно. – Подождите немного, я постараюсь обернуться быстро.

Анджелика собралась было с ним, но Драся настойчиво, мягко и ласково приказал ей остаться со всеми. Девушка слегка надулась, но послушалась.

Он вернулся меньше чем через час, сжимая в руках лук и стрелы, позаимствованные в рыцарском зале, и с головы до ног увешанный утками.

– Взял грех на душу! – развёл руками тот, для кого в прошлой жизни было обычным делом задрать буйвола или слизнуть пару овец. – Птица здесь непуганая, ведь хозяева замка травоядные. Но мы, если продолжим дальше миндальничать, то ножки протянем.

Никто не подумал на это возражать. Фиг вызвался выпотрошить уток, после чего зажарить часть в камине немедленно, а остальных положить в имеющийся под кухней ледник. Он попросил только помочь ему ощипать битую птицу, если только благородное собрание не хочет отложить завтрак на следующий день.

Когда по залу поплыл ни с чем несравнимый запах свежего жаркого, Берёзка вдруг подняла голову и принюхалась. В её глазах блеснула заинтересованность, а маленький аккуратный носик, казалось, вот-вот поведёт за собой хозяйку к заветной цели.

– Слава Богу! – проговорил Фиг вполголоса. – А то я думал, уж не придётся ли нам кормить эту девицу чернозёмом? Или лучше выбрать местечко, вырыть ямку и посадить её туда, как саженец, пока она у нас не засохла.