Смерть у стеклянной струи
- Автор: Потанина Ирина Сергеевна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Фолио
- ISBN: 978-966-03-9599-2
- Жанр: Исторические детективы
Электронная книга - «Смерть у стеклянной струи». Краткое содержание книги:
«Будут зачищать!» — пророчат самые мудрые, читая последние постановления власти. «Лишь бы не было войны!» — отмахиваются остальные, включая погромче радио, вещающее о грандиозных темпах социалистического строительства. Кругом разруха, в сердцах страх, на лицах — беззаветная преданность идеям коммунизма. Но не у всех — есть те, кому уже, в сущности, нечего терять и не нужно притворяться.
Владимир Морской — бывший журналист и театральный критик, а ныне уволенный отовсюду «буржуазный космополит» — убежден, что все самое плохое с ним уже случилось и впереди его ждет пусть бесцельная, но зато спокойная и размеренная жизнь. Он и не подозревает, что возле модной городской достопримечательности — той самой «Стеклянной струи», которая позже станет символом Харькова и будет называться «Зеркальной», — ему придется встретиться с убийцей. Ввязываться в какое-либо расследование Морской, конечно, тоже не намерен. Но придется…
— Вы это, — Егорову было неловко, но служба требовала, — отойдите! Разговоры с преступником запрещены… Я понимаю, вы перепугались, когда я дал газу и потом вас в машине бросил, но это же не повод нарушать. Я тоже, можно сказать, в шоке. Вон, руку ободрал об гвоздь заборный, покуда этого мерзавца стаскивал. Всё, отходите! — Он снова взял Кондрашина за шиворот и перетащил себе за спину. Потом поднял глаза на Колю, будто ожидая одобрения.
— А этот ваш водитель — молодец, — хмыкнул Петров.
— Уже не наш, — отрезал Горленко, явно еле удержав готовящуюся вырваться прибавку «к счастью». — Он с Глебом поругался. Последнее задание. А так — разжалован куда-то в область… Зачем, — тут он сердито обернулся к Морскому, — было пугать подозреваемого? Если б я знал о его любви глотать вещдоки, я бы как-то разобрался. Надо было просто сказать мне… Странно, кстати, что в его досье про этот факт ничего не написано.
— Надеялся, он сам все отдаст и до такого, — Морской кивнул вниз, — не дойдет. Уж он прекрасно знает, что я в курсе его талантов. Как минимум, он сам мне рассказал, чем промышлял во время оккупации.
— И чем же? — Петров уже ушел, а Коля, явно боясь упустить что-то важное, принялся скрупулезно изучать оставшиеся в квартире вещи.
— Приходил на базар на керосинные ряды и как бы в шутку начинал цепляться к спекулянтам с бутылками керосина: «Что, крепкий керосин?» В ответ на: «А ты попробуй!» он с невозмутимым видом выпивал литровую бутыль. Тут или его гнали за ущерб или, что было чаще, начиналось от соседей: «Ничего себе! И у меня попробуй! И у меня!» А рядом за забором стояла Валентина с бутылкой и воронкой. Дядя Каша доставлял ей добытый этим странным образом керосин, они шли в другие ряды, продавали его и покупали взамен хлеб…
Тут за ширмой послышались странные звуки. Коля настороженно распахнул дверь встроенной кладовки. Оттуда выскочил большой мохнатый старый пес. Морской мгновенно догадался, что это Дейк. Пес подошел к окну и заскулил. Морскому очень захотелось присоединиться.
Эх, дядя Каша, добрый милый клоун… Зачем же ты ввязался в это дело?
Глава 9. Мозаика складывается
— Ты точно понимаешь, что делаешь? — Ко второй половине следующего дня обстановка приняла слишком странный характер, и в комнату к следователям заглянул Глеб. — Подозреваемый спит в кабинете для допросов, конвой в карты режется, ты тут чаи гоняешь, а время-то идет! Я твоего Кондрашина к нам только до вечера выпросил, ты помнишь?
Людей в помещении было достаточно, но все прекрасно понимали, что начальник обращается к Горленко. Во-первых, веди себя подобным образом кто другой, шеф был бы в ярости, а сейчас говорил спокойно, слегка даже посмеиваясь. Во-вторых — никто другой такую ситуацию устраивать не стал бы.
— Да, Глеб Викторович, — бодро откликнулся Николай. — Все под контролем. Мне Кондрашин нужен адекватным, пусть отдохнет. Товарищ Петров его всю ночь допрашивал, да без толку, — Коля кивнул на раскрытую папку с протоколом допроса. — А мы попробуем зайти с другой стороны.
— Ты попробуешь, — многозначительно поправил Глеб. — Все это полностью под твою ответственность. Я что пообещал — сделал. — Коля почувствовал, что Глеб нарочно говорит о деле прилюдно — в случае промаха все подтвердят вину и ответственность Горленко, — но не обиделся. Главное, что Глеб и правда пошел навстречу — и Кондрашина на день из лап Петрова выдернул, и Морскому необходимую для сегодняшнего освобождения от работы бумагу дал, и Свете официальный запрос направил, чтобы другими задачами не загрузили. — Теперь жду результата, — продолжил начальник.
— Надеюсь, что не подведу, — заверил Коля. — Мне еще надо немного подготовиться, — он кивнул на бумаги, хотя на самом деле уже осознал их бесполезность и ожидал полезной информации лишь от Светы и Морского. Но Глеба нужно было успокоить. — В конце концов что мы теряем? В крайнем случае я точно так же, как Петров, скажу, что выводы делать не могу, потому что пока еще ничего не знаю…
— Если я знаю, что знаю мало, я добьюсь того, чтобы знать больше, — грозно процитировав Ленина, Глеб вышел за дверь.
А Коля обрадовался. Во-первых, потому что узнал цитату — значит, не зря он вместе с Глебом посещал те курсы, что-то важное, да отложилось. Во-вторых, потому что шеф не стал расспрашивать, чем именно Коля собирается прищучить Кондрашина.
Ответа на этот вопрос вообще-то до сих пор не было. Морской, по всем подсчетам, пока еще крутился на базаре, а Света — хоть Коля ей звонил уже два раза — ничем порадовать пока не смогла. Только сердилась, что муж отвлекает, и девочки в библиотеке уже косятся, обдумывая, не семейный ли скандал там у Горленко. Несмотря на то что в библиотеку Короленко в обязательном порядке поступали центральные газеты из всех крупных городов Союза, найти нужные номера было не так-то просто.