Физтех. Романтики. НЕнаучная жизнь физтехов

В августе 1959 года, когда вновь поступившие физтехи на собеседовании опрашивались руководителем культмассового сектора комитета комсомола МФТИ Рустэмом Любовским на предмет возможного участия в качестве певцов физтеховского хора, я на радостях, что меня приняли, заявил, что с раннего детства мечтал о такой возможности.

Однако вскоре физтеховский хор приказал долго жить. Взамен его студенту-первокурснику Мише Николаеву пришла в голову идея создания физтеховского октета и приглашения кого-нибудь из Московской консерватории для организации и квалифицированного руководства работой октета. Думаю, что неспроста, поскольку сам Миша является одним из потомков известной в России музыкальной династии Пасхаловых. Его бабушка, А. М. Пасхалова, была одной из самых выдающихся исполнительниц арии Снегурочки из одноимённой оперы А. Н. Римского-Корсакова. Его идею реализовал старшекурсник Витя Мироненко. Он нашёл студентку-старшекурсницу дирижёрско-хорового факультета Валю Валиеву, любимую ученицу тогдашнего ректора консерватории Александра Васильевича Свешникова, который и поддержал Валино желание пройти дирижёрскую практику на Физтехе.

После отбора кандидатур октет под энергичным и весьма эмоциональным руководством Вали начал репетировать. Вот первый состав октета: первые тенора – Рустэм Любовский и Андрей Фрейдин; вторые тенора – Валерий Мандросов и Борис (Боб) Федосов; баритоны – Михаил Николаев и Эрик Вартапетян; басы – Николай Кузнецов и Виктор Мироненко – староста октета. Иногда на репетицию октета приходили ВсеволOд Шарыгин, Михаил Балашов и Олег Андреев. Осенью в октет пришёл Марат Кузьменко, которому одинаково хорошо давались и басовые, и баритональные партии.

Рустэм Любовский, Валя Валиева, Боб Федосов и Коля Кузнецов

Репетировали мы по вечерам в аудиториях аудиторного корпуса либо в его подвальном помещении, где в то время располагалась столовая, либо в помещении на первом этаже общежития радиотехнического факультета.

Валя расписывала наши партии, и мы по разным углам расходились их репетировать. Помню, как-то раз я мучительно старался и никак не мог правильно попасть в нужную ноту. И мой сотоварищ по вторым тенорам Боб Федосов, он же великолепный трубач в физтеховском джазе, сравнил правильное попадание в ноты с чётким попаданием ракеткой по теннисному мячику. И я сделал это – попал в ноты! Иногда к нам с Бобом присоединялся Миша Балашов, который, на зависть нам, играючи осваивал нашу партию, какой бы сложной она ни была. Параллельно ВсеволOд репетировал русскую народную песню «Ах ты, душечка, красна девица…», которую потом с успехом исполнял в агитпоходах.