Балканская звезда графа Игнатьева

— Вы что, приехали торговаться с нами? — спросил Николай Николаевич. Глаза его жёстко смотрели на турка сверху вниз. Савфет-паше сразу же захотелось съёжиться от этого пристального взгляда. Присесть послу Николай Николаевич преднамеренно забыл предложить. Так они и стояли друг напротив друга. Почти двухметровый внушительный русский и маленький, пузатый турецкий паша с огромным носом, представлявший интересы Оттоманской империи.

Ваше высочество, я уполномочен одним министром иностранных дел, а в Стамбуле, как вы знаете, теперь новое министерство, новые люди. Поэтому я не вправе, не сносясь с новым руководством, соглашаться на те уступки, которые я сделал прежде. Поймите, я хоть и уполномоченный, но чиновник, у которого есть своё начальство...

Великий князь резко прервал его:

Идите и помните — если через двадцать четыре часа не получу ответа, согласного с нашими интересами и соответствующими достоинству России — я на штыках императорской гвардии внесу свои условия в Стамбул. Я с боя возьму столицу Оттоманской Порты!

Савфет-паша вышел окончательно расстроенным и обескураженным. «Чёртов гяур Ляморт!» — в сердцах он проклинал своё легковерие. Лицо паши подёргивалось от тика, особенно левая сторона. Он сослепу полез в комнату адъютантов, воображая, что идёт на крыльцо. А там, наступив кому-то на ногу, вместо извинения, — спросил, как его здоровье.

После беседы с турком в зал вышел и сам главнокомандующий. Потребовав к себе начальника собственного конвоя, Николай Николаевич приказал ему к трём часам пополудни выступить вперёд по дороге к Константинополю, затем такое же приказание получили лейб-казаки. Окончательным пунктом движения была назначена Чаталджа. Во дворец великий князь потребовал Гурко и Нагловского. На военном совещании было решено командование всеми войсками, находящимися между Адрианополем и восточной демаркационной линией, поручить генералу Гурко. Стрелковые бригады форсированным маршем должны были занять форты, находящиеся между демаркационными линиями — русской и турецкой. Обладание этой линией отдавало в руки русских и столицу Турции и её окрестности. Графу Шувалову было дано приказание с гвардией двинуться прямо на Кучук-Чекменджи, за линию укреплений, которые, по слухам, воздвигались турками между своею демаркационной линией и Стамбулом. Храброму Струкову поручили со своими «летучими» казачьими разъездами сделать рейд к самому Константинополю, в тылу турецких войск, чтобы деморализовать их. Таким образом, турки не успели бы опомниться, как оплот Стамбула был бы уже в русских руках.