Николай II

Государственные перевороты можно разделить на три типа по конечному отношению их участников к содеянному. Первый тип — неудачный переворот. Например, те же декабристы оказались в Петропавловке, дружно покаялись и честно во всем признались. О таких переворотах писать легче всего — вся деятельность заговорщиков на ладони у историка.

Второй тип — полностью удачный переворот, после которого все участники и примазавшиеся хвалятся своими подвигами, безмерно преувеличивая их. Тут историку приходится отделять подлинные события от вымышленных, но делать это сравнительно просто.

Третий тип — удачный переворот, после которого по каким-то причинам все участники стыдятся его и открещиваются от участия в нем. В какой-то мере примером оного может служить смерть Павла I от апоплексического удара 11 марта 1801 г. Но и тут есть большие возможности для историка. Пусть все участники переворота официально молчали или открыто лгали, но в кругу близких знакомых они бахвалились содеянным и потихоньку составляли записки и мемуары для потомков.

Февральская революция в России представляет уникальный переворот в истории человечества.

К перевороту приложили руку все сильные мира сего. Николай остался в полном одиночестве, если не считать нескольких старцев-сановников и небольшого числа служак — армейских и полицейских офицеров. Участники переворота преследовали различные, порой взаимоисключающие друг друга цели. Проиграли все участники переворота. Причем «проиграли» — сказано слишком мягко. Значительная часть заговорщиков были убиты большевиками, а остальные вынуждены были эмигрировать. Борцы с царизмом, оказавшиеся в нищете в Париже, с тоской вспоминали свои имения, обеды у «Дадона», где они произносили тосты за русскую конституцию, нелегальные сходы, где им бурно аплодировали студенты и курсистки, родных и друзей, погибших в застенках ВЧК. В такой ситуации вряд ли тянуло похваляться участием в заговорах, в планировании цареубийства.

С другой стороны, это было опасно для здоровья и жизни. В Париже возник культ мученика Николая, и озверелые белые офицеры, не имевшие возможности отомстить красным, были рады отыграться на беззащитных эмигрантах. Впоследствии ими был до смерти забит Родзянко. Во Франции белый офицер стрелял в Милюкова, но его закрыл своим телом кадет Набоков.

В итоге большинство заговорщиков погибли или умерли, не оставив после себя воспоминаний или документов. Написанные же в эмиграции мемуары имели цель не рассказать потомкам, как было, а самооправдаться: я не знал, не делал, а если и делал, то совсем малое, хотел как лучше, и прочая, и прочая.

В большевистской России было сделано все, чтобы никто не узнал правды о Февральской революции. Вот что написано о Февральской революции в энциклопедии «Великая Октябрьская Социалистическая революция» (М., 1977): «Российский пролетариат, обогащенный опытом революции 1905—07 гг. и воспитанный на идеях большевистской «Правды», выступал в качестве гегемона и главной движущей силы Февральской буржуазно-демократической революции. Он возглавил общенародное движение против войны и царизма, повел за собой крестьянство, солдат и матросов. Его революционное мужество и стойкость в стачечном движении вдохновляли массы, втягивали в открытую борьбу с царскими властями. Вождем пролетариата была Российская социал-демократическая рабочая партия (большевиков) во главе с В. И. Лениным».

Короче, партия и Ленин возглавили, и баста. И кому какое дело, что все руководители партии, включая Ленина, Сталина, Зиновьева, Каменева и прочая, были в ссылке или эмиграции. Забавно, что не столь давно один из телеведущих сравнил генерала Рохлина с Троцким, который разлагал русскую армию в 1916 г. Ай да Лев Давидович, сидя в Нью-Йорке за 8 тысяч километров, через два фронта сумел разложить русскую армию.

Большевистские организации были крайне немногочисленны, зато до предела насыщенны агентами охранки. До революции работали на охранку член ЦК и редактор «Правды» М. Е. Черномазов (жалованье 200 рублей в месяц), член ЦК и руководитель фракции большевиков в IV Государственной Думе Р. В. Малиновский (500 рублей). Члены горкомов и слушатели ленинской школы в Лонжюмо получали поменьше — 100, 75 и 50 рублей. В образовавшемся после Февральской революции Совете рабочих депутатов состояло более тридцати осведомителей охранки, причем один их них был председателем, три — его заместителями, два — редакторами «Известий Совета рабочих депутатов» и т. д.

И такой огромный полицейский аппарат вовремя не предупредил правительство о подготовке большевиками захвата власти?

В течение 75 лет советские историки так и не сумели найти документальных свидетельств о причастности партии большевиков и Ленина к свержению царя. Возьмем, к примеру, собрание сочинений Ленина и посмотрим перечень его статей за ноябрь 1916 — февраль 1917 гг. Все они посвящены деятельности российской эмиграции и зарубежных социалистических партий. Нет не только статей о революции в России, но и даже о самой России.

Однако не подкрепленная фактами болтовня о руководящей роли Ленина и партии стала канонической версией Февральской революции, которую преподавали в школах и институтах с 1917 по 1991 г. Все документы, противоречащие канонической версии, изымались и уничтожались или прятались в закрытых архивах, где они лежат и поныне. Историки, прорабатывавшие иные версии, отправлялись в места не столь отдаленные. Это всем известно, и неудивительно. В стране Советов везде должно быть единомыслие.