Добрыня Никитич и Алеша Попович

Прежджа [так] Резань да слободой слыла, Ныньце Резань да словёт городом. И во той во Резани, славном городе, Жил-был Микитушка, состарилса, 5 Много побивал полков силы неверною. При старости Микитушка наказывал И своей он молодой жоны: — Будёт как Добрынюшка на возрости, Будёт будто есён сокол на возлети, — 10 Станёт просить у тя благословеньиця Съездить во тихи вёшны заводи И стрелеть уж гусей-то, белых лебедей И пернастых-то малых утицей; Не пострелит он не гуся и не лебедя, 15 И не малой пернастой серой утици; И пригрет ёго да на соньцё красноё, Припекет ёго упецэнки[2] петровские, — И захоцёт Добрыня покупатисе; На первую-ту струецьку пусть отплавыват, 20 На другу-ту струёцьку пусть отплавыват, А на третью струёцьку некак нельзя. Тут уж Микитушка преставилса. Стал Добрынюшка уж на возрости, Будто есён сокол на возлети; 25 Падал родной маменьке во резвы ноги; — Благослови мне, родна маменька, Съездить во тихи вёшны заводи, Мне пострелить гуся: мне-ка лебедя, Маленьку пернасту серу утицю. 30 Говорила ёму родна маменька, Говорила ёму тут таково слово: — Не пострелишь ты не гуся и не лебедя, И не маленькой пернастой серой утици; И пригрет тебя соньцё красноё, 35 Припекут тебя упецинки петровские, — Ты захошь, ты Добрыня, покупатисе, Ты на перву-ту струёцьку отплавывай, Ты на другу-ту струёцьку отплавывай. На третью-ту струёцьку некак нельзя. 40 Поехал Добрыня от родной маменьки, Поехал на тихи вёшны заводи. Он ведь ездил много ли, мало поры-времени, Не видал не гуся и не лебедя, И не маленькой пернастой серой утици; 45 И пригрело ёго на упецынки петровские, И пригрело ёго да соньцё красноё; Захотел уж Добрыня покупатисе, Скинул Добрынюшка с себя платьё цветноё, И оставил он платьё цветноё, 50 И спускалса Добрынюшка во синё морё; На перву-ту струёцьку отплавывал, На другу-ту струёцьку отплавывал: — На третью я хотел бы струёцьку отплавывать: Не благословляла мне родна матушка; 55 Поплыву я назад на крутой берег К тому же ко плать[и]цю ко цветному.