Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

— Весь? — поразилась я.

— Не понял, что значит весь?

— Слопала все содержимое блюда в один присест?

Януш удивился.

— Разве я так сказал? Часть разложила по двум кастрюлям, они так и стояли в кухне, а остальное съела. Конкретно? Мясо, картошку, почти все овощи, а это был салат из квашеной капусты… А что?

— Ну подлецы! — взвилась я. — Слушай, я твердила им о блюде как заведённая, тыщу раз спрашивала, пустое оно было или нет, а они… о кастрюлях даже и не упомянули. Просто непорядочно! Я с ними поделилась всеми своими открытиями, они же… Заставили меня ломать голову, кто же сожрал ужин, ясно ведь, что Веронике одной было не справиться. Злодеи!

— Похоже, ты очень задрала нос со своими открытиями и без конца это подчёркивала, — безжалостно выложил правду Януш. — Вот они тебя.., не очень, так сказать, полюбили. И когда о тебе заходила речь, имя твоё.., ты уж извини… произносилось ими без особой нежности.

А он прав. Я то и дело перебивала их, вечно ехидничала, совершенно позабыв, что истинная дама ведёт себя сдержанно, с достоинством, дипломатично давая высказаться сначала собеседнику. Что ж, ещё один урок.

И я поспешила сменить тему.

— Значит, если я правильно поняла, злоумышленник ворвался позже? Она не поймала его на месте преступления?

— Поймала. Он проник в дом раньше и пережидал там. На него она не сразу наткнулась, только после того, как уже поела. Разумеется, все это дедукция, но, судя по следам, именно так оно и было. И этим злоумышленником не был Копеч.

Я о Весе ещё не все сказал. За ним наблюдали целых два свидетеля. Не оба сразу, по очереди.

С улицы за влюблённой парой следила брошенная Завадская, мазохистка какая-то, а с другой стороны в подвальное окно заглядывал великовозрастный балбес, он живёт в соседнем доме.

Балбес, недоглядев, сразу бросился разыскивать корешей, чтобы и те полюбовались. Так что свидетелей было хоть отбавляй. Да и Завадская охотно давала показания. Была убеждена, что поможет обвинить парня в уголовно наказуемых действиях. Копеч отпадает.

— Но он был в доме!

— Был. И похоже, старается вменить в вину Гражинкиному Патрику.

— О боже! В таком случае расскажи мне об этом как можно поподробней, чтобы не осталось и тени сомнения, иначе Гражинка не успокоится.

Януш опять удивился.

— Ты полагаешь, лишь абсолютная уверенность в том, что её возлюбленный — убийца, принесёт ей полное спокойствие?

— Хуже всего неизвестность, — пояснила я. — А главное, она перестанет метаться, не зная, на чем остановиться…

— И остановится на убийце?