Когда ещё не столь ярко сверкала Венера
- Автор: Милов Андрей
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Selfpub.ru (искл)
- ISBN: 978-5-532-10987-2
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Когда ещё не столь ярко сверкала Венера». Краткое содержание книги:
И в приподнятом настроении духа ушёл, неся в себе этот воздушный, лихой заряд на весь день.
Директор института самолично пригласил его, скромного завлаба, в президиум и, открывая собрание коллектива, заставил аплодировать весь зал. Будь завлаб не человек и обладай он на манер кота хвостом, так этот хвост трубой торчал бы у него сзади, у всех на виду, второй день подряд. Теперь он поглядывает свысока на притихшего, явно поникшего, завистливо ёрзающего внизу, в первом ряду, противника – заведующего смежной лабораторией. Умыл, что называется, по всем статьям. А как же?! Соперничество на научной почве – это как здоровое тело, а вот моральные принципы – это ещё и здоровый дух коллектива.
Обычно застенчивый, уживчивый, неконфликтный (за глаза о нём говорили: объявись-де в лаборатории крокодил, завлаб и с ним непременно поладит), ещё накануне события, вчера то бишь, он вдруг взъярился прилюдно и поставил-таки на место… этого выскочку – Славика. Ханжа! Лицемер!! Сплетник!!! Человек – обалдевший от собственного «я».
II. Славик и Шурочка
Ничем земным не смущены, когда им чего захочется.
П. Д. Боборыкин. Труп
Славик и Шурочка – муж и жена. Я слышал, они были настолько различны по характеру, и по внешности, и по манерам, что, восполняя друг в друге недостающее, вместе являли собой образец некоторого единства, – наверное, единства тех самых пресловутых противоположностей. Заговорит ли Славик, молвит ли Шурочка слово, не услышишь от них: я хочу или же он хочет – непременно скажут: мы, дескать, решили. Как тут при взгляде на них не поверить, что не перевелись ещё на белом свете сложные явления, которые никак не делятся. Ни пополам, ни на дольки. Хоть пили, хоть режь – всё по живому. Порой казалось, разлучи эту пару – каждый сам по себе и зачахнет.
Спроси Шурочку, не заглянет ли вечерком на девичник, ответит: «Некогда. Мы со Славиком…»
Подружки за глаза уже жалеючи судачат: совсем затюкал-де девку, стервец, а с виду мужик-то вроде как тихоня.
И к Славику, бывало, подкатят с предложением, а не ударить ли нам по пивку, да с рыбкой, однако ж в ответ звучит неизменно: «Мы с Шурочкой. Забот невпроворот…»
Сочувственно зубоскалят за спиной товарищи: зажрала, дескать, мужика, злыдня этакая.
И всем вроде как ясно, чем по вечерам заняты: тоска, мол, одна.
Шутить – шутили, сплетничать – сплетничали, и даже журили, да вот мало кто, глядя им вслед, не испытал по-человечески хорошей зависти, особенно в одинокую, тоскливую минуту.
И действительно, они повсюду вместе. И на работу, и с работы, и по магазинам, а случись посетить вечеринку, так за ручку держатся, воркуют, словно голубки́. В рабочий день Шурочка не раз заскочит в лабораторию проведать Славика, и Славик наведается к ней в бухгалтерию, справится, не нужно ли ей чего. За обеденным столом потчуют друг дружку. И глаза в глаза глядят, как будто ещё не насмотрелись. Если бы не на виду у всех, то можно было бы сказать: так в жизни не бывает. Десять лет вместе, как один короткий день, – это не срок для влюблённых. Впрочем, многие ёрничали, называя их отшельниками, которые все фильмы помнят и наизусть выучили имена едва ли не всех актёров; они-де способны вам любое место, будь то рабочее или общественное, превратить в нечто вроде семейного, сугубо домашнего уголка. Наблюдать, однако ж, всякому было весьма приятно за этой вечно воркующей парочкой, но ох как трудно не почувствовать себя одиноким рядом с ними. Их так и прозвали: «Мы, то есть Славик и Шурочка».
Вот как-то однажды, как обычно, возвращаются они с работы домой. Шурочка ужин собирает. Славик здесь же, на кухне, у сынишки уроки проверяет. Затем трапезничают всей семьёй, втроём. Шурочка посуду моет, а Славик вслух газетку почитывает. Смотрят телевизор. Ложатся в постель, прислушиваются, спит ли сынок. И Шурочка шепчет мужу на ушко:
– Ты знаешь, а у нашей Надежды, оказывается, любовник завёлся.
– Да ну?! – удивляется он, и в темноте вглядывается в глаза жены: – Она же дурнушка. Кто позарится на такое добро?
– Почему? – удовлетворённо возражает Шурочка. – Красотой, конечно, не блещет. Но ты посмотри на неё: всегда подкрашена, волосы в порядке, ногти ухожены. Чистюля… А вещи какие?! На неё, скажу, мужики частенько поглядывают.
– Ну, не знаю. Может быть, ты и права. На вкус и цвет – сама знаешь что. А насчёт любовника… Сплетни бабские, небось. У неё ведь двое, кажись?
– Да, погодки: мальчик и девочка. Одному двенадцать, другой одиннадцать. И муж хороший. И вроде как любит его.