Она не умела стрелять

– Я не писатель, и никогда писать романы не буду… Моя героиня не переживала такого…

– Ну, это уже не имеет значения. Главное, что ты попала в неприятности с головой, – Родион посмотрел насмешливо, – какой там у тебя хоть финал, что нас всех ждет?

Ксана ответила с вызовом:

– Как в любой сопливой мелодраме с приключениями, всё закончится хорошо. Любовь-морковь и всё такое. Устраивает?

– Ладно-ладно, не сердись. Я просто пытаюсь разрядить обстановку. Добро пожаловать в придуманный мир Александры Романовой! Отныне мы все твои заложники. И, раз ты сочинила любовь, значит, она непременно случится, – он подмигнул Гене, тот в ответ насмешливо хмыкнул.

– Но это же ерунда! – Ксана готова была заплакать от злости и сжала кулачки. – Вы же здравомыслящий человек, Родион Михайлович, неужели вы в это верите?

– Не верю, милая Александра, но слишком много за последнее время было необъяснимых совпадений, я от них устал, – Родион сцепил и вытянул руки, хрустнул суставами, его вид стал благодушным, будто разгадал, наконец, для себя какую-то неразрешимую загадку. – И вообще, я шучу, не бери в голову. Давайте отдыхать, ночью ехать.

– Куда?

– В монастырь. Ты будешь там жить. Настоятельница – моя хорошая знакомая, она тебя спрячет.

…После сложного разговора Ксана лежала в постели и думала о том, что в обидных словах Родиона был смысл. Она действительно слишком часто представляла себя в критических ситуациях, которые могли бы произойти с ее героиней, и – что греха таить! – завидовала ей, просила высшие силы сделать хоть что-нибудь, чтобы изменилась ее собственная жизнь. Накаркала! Жизнь изменилась слишком резко. Это случилось внезапно, против воли, и от нее, Ксаны, теперь не зависело ничего. Мысли и мечты оказались удивительно материальны.

Но что будет дальше? Маленький Крым, такой знакомый и домашний, оказался полон смертельных опасностей и непредсказуемых ситуаций. И теперь, если ей повезет вернуться домой, это будет совершенно новый мир, который придется осваивать заново. Вот только повезет ли?