Бывшая

— Ты знаешь — да. — Даже не смотрю в сторону девушек, о которых трындит мой брат, не хочу. — Больше никаких женщин, я теперь как ты, мой умный брат.

— Здравствуйте, — возмущается Роман, вмиг становясь серьезным, — у меня есть женщины. Я просто старше и мудрее тебя, Макарий, я бы никогда не оказался в ситуации, при которой моя любимая, мать моих детей, застукает меня в компании голой Эриды.

— Это ещё чё за зверюшка такая? — вздыхаю, бросая канаты на пол, стягиваю утяжелители и, скривившись, нюхаю свою подмышку.

Отлично, теперь ко мне точно никто не подойдёт, «благоухаю», аки розочка в саду.

— Эрида — богиня раздора и хаоса. Слышал о яблоке раздора? Вот, это она его подбросила на свадебном пиру смертного Пелея и богини Фетиды…

— Ой ладно, всё, — отнекиваюсь от брата, — спросил на свою голову.

Роман смеётся. А я повисаю на перекладине и начинаю ритмично поднимать ноги, прижимая их то к правому боку, то к левому.

— Ты вначале найди эту самую мифическую «любимую и мать детей», — чуть задохнувшись, — а то годков-то уже, выражаясь нелитературным языком, «под сраку», а в квартире из проживающих только книги да бумажки с важными пометками.

— Мне нужна идеальная женщина, я не размениваюсь по мелочам.

— Ага, — усмехаюсь, выполняя подъемы.

Роман молчит, загадочно смотрит вдаль, обняв подвешенную к потолку грушу.

— Соблазни её, — будто бы даже и не мне, а куда-то в сторону ползущих на небе облаков в окне, — у тебя уже один раз получилось, Макарий. Ты же как-то получил эти фантастические две недели. Как это случилось? Засыпал постель розами и облил Варю шампанским?