Безумие на двоих
- Автор: Хан Наргиз
- Серия: Останови моё безумие #2
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Безумие на двоих». Краткое содержание книги:
− Что ты творишь? − сипло и надсадно прохрипел я, желая вновь спрятать глаза за широкими ладонями.
− Обещаешь, что не будешь шуметь? − вымогательница! − И прекрати не смотреть на меня!
− Мирра!
− Скажи!
− Не знаю… Нет… Я постараюсь. Да! Чёрт возьми! Обещаю!
− Хорошо. Только это я… тебя возьму…− успела пробормотать она, склоняясь к моему разгорячённому лицу. Я уже опрокинул её на спину, забираясь сверху с нечеловеческим рыком, а она насмешливо провела по моей щеке горячей ладонью и нашептала губами:
− Ты обещал не шуметь.
МИРА
− Доброе утро, − сказала я, проходя в гостиную, одетая в синюю рубашку мужского кроя и юбку того же цвета ниже колен с колготками в мелкую сеточку. Такого рода преображения были приготовлены для деловой встречи с зарубежными спонсорами, которую устраивала для меня Инга, а значит, я не имела права её пропустить, потому что не могла её подставить. Не после того, что она для меня сделала.
− Привет соня! − звонко поприветствовала меня Лизка и традиционно чмокнула меня в щёку. Мелкая дрожь обдала прохладой напряжённую спину − Влад шёл вслед за мной.
− Почему это я − соня? − удивилась, но не обиделась я, раздумывая над тем, что нужно было заглянуть в кухню, чтобы поздороваться с тётей Таней.
− Ну хочешь, могу назвать тебя лунатичкой? − огорошила меня сестра, протягивая салфетку своему мужу. Отец негласно присоединился к нашей пикировке, отрывая взгляд от спортивного канала с вещанием о соревнованиях по биатлону. − Представляете, спускаюсь по лестнице под утро водички попить, а Мирка песенки распевает вовсю. Я сначала порывалась разбудить ее, постучав в дверь, но потом передумала. Где-то слышала, что нельзя так делать. − Лиза громко расхохоталась полностью довольная собой, а внутри меня разве что буря не бушевала. Руки мои мелко тряслись, я прятала их под скатертью, отчаянно желая, чтобы этот нервный озноб согрели его пальцы − пальцы моего брата.
Нельзя. Нельзя. Нельзя.
− Это не смешно, Лиза, − спокойный, непререкаемый голос вступился за меня. − Мира тебе приснился кошмар? − благородный глубокий, не ожидающий ничего кроме подтверждения, голос в моё спасение.
− Наверное, я не помню, − неубедительно и слабо задрожал мой собственный ответ.
− В последнее время, ты плохо спишь по ночам, − продолжил завораживающий меня напев, коленки мои онемели от непреклонности его тона и безупречной постановки. − Я неоднократно уже замечал признаки усталости под твоими глазами.
− Дочка, может тебе нужно стакан молока с мёдом на ночь, как это делает твоя мама? − озабоченно предложил отец, выдавив из меня ласковую улыбку. И разговор, начатый с целью поддеть меня, принял совершенно иной оборот благодаря паре фраз из зацеловывающих меня этой ночью до умопомрачения губ Влада. Губ, которые так же греховно стонали на рассвете, как и мои собственные.
Завтрак прошёл в молчании, изредка мои глаза пересекались с глазами Анатолия, но сегодня они казались мне настолько бесчувственными, что я спешила отвести взгляд, чтобы и так мёрзнущие ладони не покрылись изобличающим меня инеем. Мама была не в настроении, Лиза непривычно молчалива, брат излишне сосредоточен, царапая тарелку вилкой, и каждый раз попадая мимо лежащего на ней омлета, и только отец оставался более-менее спокойным из-за чемпионата по биатлону на спортивном канале.
Я сама была на пределе своих возможностей, эгоистично жалея не о проведённой с Владом ночи, а Лизке так не вовремя решившей заночевать в этом доме.
Новогодние каникулы никто не отменял, поэтому мама отпустила тётю Таню сразу после того, как наша домработница приготовила завтрак, но мыть грязную посуду отказалась, безмолвно удалившись в свою спальню.
− У мамы болит голова, − объяснила мне Лиза, когда пришла ко мне на кухню помочь с вытиранием тарелок.
− Она приняла таблетку? − спросила я, загружая посудомоечную машину.
− Не знаю, − Лизка пожала плечами, усаживаясь на стул позади меня. − Но она сказала, что до обеда полежит у себя в комнате.
− Пусть поспит, − не оборачиваясь, киваю я. Никогда не любила положения, в котором сейчас находилась из-за своей сестры: когда человек у тебя за спиной может уловить любое твоё телодвижение, а ты лишь ощущаешь его присутствие неприятным взвеванием волосков на спине, но чувство уязвимости и полной незащищённости от этого никуда не пропадает.